Weekend

Пустились «Во все тяжкие»

Кинообозреватель «Югополиса» Алексей Двоеглазов пытается понять причину популярности сериала о сомнительной трудовой деятельности мафиозо-инвалида.

05 сен 2013, 12:35 Алексей Двоеглазов

Кинообозреватель «Югополиса» Алексей Двоеглазов пытается понять причину популярности сериала о сомнительной трудовой деятельности мафиозо-инвалида.

Близится финал пятого и последнего сезона сериала «Во все тяжкие». Мы наконец узнаем, до какой черты сможет дойти Уолтер Уайт в желании перед наступающей на ноги смертью обеспечить своей семье, мягко говоря, безбедное существование.

Уже 29 сентября зрители американского кабельного канала AMC увидят 62-ю заключительную серию телевизионного проекта Breaking Bad. Создатель сериала Винс Гиллиган, который в своё время приложил руку и как сценарист, и как режиссёр, и как продюсер к культовым The X-files, обещает показать тот финал, который задумал с самого начала. По крайней мере, об этом в одном из интервью недавно проговорился исполнитель главной роли Брайан Крэнстон, мол, он очень рад, что канал предоставил создателям сериала карт-бланш на финальных эпизодах и не вмешивается в творческий процесс.

Однако зрители не перестают  гадать, чем же закончится сериал. В спорах истовые фанаты шоу с пеной у рта доказывают, что четвёртый сезон должен был быть последним. Действительно, по накалу страстей и безостановочному движению главного героя вверх по криминальной лестнице можно было предположить приближение финала. Масла в огонь подлило начало пятого сезона, оказавшееся вялым, затянутым, разговорным – без того драйва, которым были насыщены последние серии. Но всё-таки к концу полусезона (сезон был разбит на две части по восемь эпизодов) интрига вновь набрала оборот и верные поклонники опять стали ждать с нетерпением каждую серию, обгрызая ногти до кутикул.

Пустились «Во все тяжкие»

Так что же будет с Уолтером, одолеет ли его рак на 53-м году жизни? Кажется логичным оборвать историю  смертью главного героя. Однако не стоит забывать, что летом прошлого года тот же болтливый Брайан Крэнстон намекал: шоу последним эпизодом пятого сезона может и не закончиться – вполне возможно, сериал получит полнометражное продолжение . Что это будет за сиквел, если Уолтер Уайт отдаст концы?! А может, всё-таки не отдаст? В любом случае, если полному метру дадут зелёный свет, надеяться на что-то достойное есть все основания. К тому же зрители помнят: сериал снимался на плёнку, что изначально роднило его с большим кино.

Киношность сериала с первых кадров бросалась в глаза. Это  выражалось и в сценарном, и в визуальном плане. Что касается особенностей повествования, то сразу вспоминаются настойчиво повторяющиеся «сезонные» флэшбеки. Самые яркие образы из них – это обгорелая плюшевая игрушка без глаза во втором сезоне, ползущие по-пластунски киллеры наркокартеля в третьем, превратившийся в бомжа с дробовиком Уолтер в пятом. Операторы явно не боялись общих пустынных планов, вовсю экспериментировали с широкоугольной оптикой, а во время цветокоррекции добивались насыщенной цветовой гаммы, когда это было оправданно.

Порадовал перевод названия фильма, что в последнее время большая редкость. Идиома Breaking Bad, слава здравому смыслу, в русском варианте не превратилась в «Брекинг Бэд» или «Самый обдолбанный округ в мире». Получилось изящно — «Во все тяжкие». Российскому зрителю близко или, по крайней мере, понятно. Хотелось было поиронизировать над тем, что это банальная американская история про смертельно больного школьного учителя химии, который не нашёл ничего лучше, как начать производство синтетических наркотиков, для того чтобы обеспечить будущее своей семьи и самому мальца подлечиться.

Так вот, Уолтер Уайт — это как раз тот случай, когда «пока гром не грянет – мужик не перекрестится». Сын болеет ДЦП, жена на сносях, а тут ещё и рак долбанул»

Но ведь это неправда. Никакая это не американская история, а самая что ни на есть интернациональная, понятная большинству населения планеты. Ну есть там нюансы про медицинские страховки и отсутствие общественного транспорта. Только ведь это мелочи, недалёк тот час, когда мы и сами до этого докатимся.

Так вот, Уолтер Уайт — это как  раз тот случай, когда «пока  гром не грянет – мужик не перекрестится». Сын болеет ДЦП, жена на сносях, а тут ещё и рак долбанул. Ситуация, сами понимаете, патовая, в пору в петлю лезь. А он нет – и сам болеет, и за семью. Ждать помощи неоткуда, поэтому приходится брать ситуацию в свои руки и обманывать смерть. Перца добавляет то обстоятельство, что Уолтер в своё время слил за гроши бизнес, который впоследствии стал многомиллионным. Самолюбие закричало в голос. «Я проснулся», – говорит он в начале сериала. «Я хочу построить свою империю», – делится своими планами на будущее его альтер эго Хайзенберг, почувствовав вкус денег и власти.

Пустились «Во все тяжкие»

Нет, конечно, раздвоением личности наш герой не страдает, но вести двойную жизнь вынуждают обстоятельства выбранного пути. Он назвался именем немецкого  физика, лауреата Нобелевской премии 1932 года Хайзенберга. Под этой погремухой и вошёл в криминальный мир. Да так основательно погряз в нём, что выбраться никак не может (а подчас и не хочет). Вход – рубль, выход – два. Понимал он это с самого начала? Скорее всего, нет, но выбора не было, как у Майкла Корлеоне, не желавшего ничего иметь с мафией, которую итальянцы так любят называть семьёй. Сближают персонажей «Крёстного отца» и «Во все тяжкие» ещё и способы достижения цели – в кратчайший промежуток времени они избавляются от десятка лишних для дела людей. Сами же остаются в стороне.

Постоянные проблемы нравственного выбора — вот что заставляет смотреть сериал сезонами не отрываясь. На какую  ещё сделку с совестью пойдёт главный герой, мы узнаем через несколько минут. Но когда одна проблема разрешается, появляется новая, ещё ужаснее. Кажется, что здесь каждый сам за себя – кто оказался проворнее и умнее, тот и выжил. Но, смотря фильм, раз за разом ловишь себя на мысли, что всё ещё более жёстко – здесь все против всех, включая преданных компаньонов и любящих родственников. Глобальная метафора, заставляющая зрителя примерить шляпу Хайзенберга на себя. А смог бы я так сделать? С одной стороны завидуешь гениальному уму и силе воли, а с другой понимаешь всю чудовищность ситуации.

Автор проекта Винс Гиллиган указывал на основную тему сериала: действия имеют последствия. Мы это хорошо уразумели, только вот осадок, как в анекдоте про ложки, всё-таки остался.

Однако все эти придирки не отвращают зрителей от экранов, а лишь добавляют поводов для издевательств и пародий, что, безусловно, является доказательством любви»

Не всё, конечно, гладко в сериале. Например, уж слишком надуманным выглядит (хотя и добавляет остроты) тот факт, что главная угроза Уолтера – это его свояк – наркополицейский, который всё время крутится под ногами у главного героя и ничего не подозревает. Джесси, компаньон по варке метамфетамина, – фатальный неудачник, и совсем непонятно, как он с такими «способностями» смог дотянуть до финала. Виной всему сценаристы, пошедшие на поводу у зрителей, которым так глянулся обаятельный лузер. В изначальном варианте Джесси Пинкману суждено было раствориться ещё в первом сезоне.

Однако все эти придирки не отвращают зрителей от экранов, а лишь добавляют поводов для издевательств и пародий, что, безусловно, является доказательством любви. Вообще, по отголоскам в массовой культуре можно судить о популярности проекта. «Индекс цитирования» сериала «Во все тяжкие» невероятно высок. Достаточно вспомнить ролик с участием Симпсонов, готовящих не синий мет, а синие пироженки. Или своеобразный мюзикл, где дети исполняют партии главных героев в ироническом ключе, пересказывая содержание сериала.

Самым же большим показателем популярности является желание продюсеров запустить спин-офф сериала про сомнительную трудовую деятельность адвоката Сола Гудмана. Появившись в середине второго сезона, он намертво прилепился к основным персонажам, которые и шагу без его махинаций не могут ступить. Харизматичный пройдоха достоин своего отдельного шоу – будем с нетерпением ждать следующего сериала о семейных ценностях в особо извращённой форме.

Читайте также

Первая полоса