Режиссер

— Поехали! (актеру)

— Ой, едет, едет, Емеля едет… Емеля едет верхом не на санях, а на печке!

— Ну, реагируйте как-то, хоть через оценку. Трон, трон ваш герой увидел, а там брильянты — с кулак величиной: плюнул на руку, потер, а позолота-то на руке остается. Интересно же, да?

Вадим Домбровский, заслуженный артист России, заслуженный деятель искусств Республики Ингушетия:

— Спектакль начинается с очень прозаического момента: заказа. Все великие и красивые слова режиссеров: «Я хочу поставить…», «Цель моей жизни…» упираются в ограничения внутри театра — труппу, финансы, репертуар, имена драматургов. Из всех новогодних сказок мы выбрали «По щучьему веленью» — она хорошо расходится на труппу, компактная, игровая, будет интересна маленькому зрителю и зрителю постарше. Дальше идет работа с художником и композитором (хотя у нас будет подбор музыки — русская классика от Н. Римского-Корсакова до А. Бородина): оговаривается концепция спектакля, образы героев, решения, стиль — и идет длительный процесс вынашивания спектакля через наброски и эскизы.

Alt

Их я соединяю воедино, потому что каждый творец видит только свой «этаж» спектакля: композитор — музыку, актер — роль, художник — декорации, и только режиссер, стратег или тактик, строит из них «дом».

Поставленный спектакль — загубленный замысел: всегда существует зазор между идеалом и жизнью, идеей и ее воплощением. Когда готова материальная часть спектакля — декорации и куклы, начинаются репетиции: подготовка может идти годами, а постановка и репетиции занимать месяц. Вот тут уже начинается русский психологический театр: застольный период, читки, разводка, проработка нюансов роли и кукловождение — такова кухня.

В «По щучьему веленью» актеры будут работать с тростевыми куклами, они сейчас редко используются. Сам я отношусь к тому малочисленному классу режиссеров, которые в театре кукол любят театр кукол: порой смотришь на фотографии с премьер, и с трудом находишь, собственно, куклу - такое количество живого плана актера в них. Нынче кукольники все хуже владеют куклой как художественным инструментом...

Куклы

Верховые куклы играют на ширме (она же грядка) над актером. Бывают перчаточные (тело куклы — перчатка на руке артиста), тростевые (к их локтям привязаны трости для управления), мимирующие (актер пальцами внутри маски меняет мимику их лиц), мешочные, теневые и др.



Художник

— Дед Мороз — какой-то крючконос…

— Меряйте, не вы один нос будете носить: составы-то разные. Вот двое актеров выбыли, потому как заболели. Вы только не заболейте - иначе нос поносить не придется.

Наталья Кашенина, главный художник Нижегородского театра кукол:

— Спектакль начинается разговором с режиссером: он ставит задачу, и после этого художник приступает к черновым эскизам кукол или персонажей, решению пространства - сценографии. После всех обсуждений создается чистовой вариант образа спектакля в цвете, а затем - переход к технической части: делаются куклы в натуральную величину, переводятся в технические чертежи эскизы декораций - начинается математика. Если есть возможность «привязаться» к площадке (у каждой коробки сцены своя высота и ширина), делаем эту подгонку параллельно с чертежами. Последний этап переноса спектакля от воображения постановщиков и эскизов в жизнь начинается тогда, когда мастерские получают задание на изготовление кукол, декораций и начинают подборку материалов. Мой авторский контроль есть на всех этих этапах.

Alt

Художник-постановщик присоединяется к бутафорам и непосредственно занимается росписью декораций, кукол и прическами, чем я и занята сейчас. Потом пойду смотреть «выгородку» спектакля — то черное нечто, что заменяет артистам на репетиции декорации и реквизит. Это как раз тот момент, когда художник и режиссер привязывают спектакль непосредственно к площадке. Спектакль «По щучьему веленью» задуман как классический, поэтому он привязан к законам ширмы.

Актеры будут водить тростевые куклы, а те бывают очень сложными — с механикой головы, с раскрывающимися глазами и ртом, но мы пошли по более простому пути, поскольку режиссер только знакомится с труппой, а я — с цехами. Что касается стилистики спектакля, то он будет решен в псевдодревнерусском стиле: дерево, кружево, резьба.


Актеры

— Рамиль и Саша, вы должны стоять так, чтобы была видна реакция ваших персонажей.

— Вадим Александрович, почему Емеля не может резко повернуться? Получается тормоз какой-то: медленно идет, медленно головой крутит.

Рамиль Кагарманов (Емеля):

— Работа актера в театре кукол мало чем отличается от того, как рождается спектакль в драматическом театре. Только здесь твои замыслы, задумки и придумки плавно переходят в куклу - вот, собственно говоря, и все. И уже кукла должна выполнить все то, что делает драматический артист на сцене — этот процесс сложнее и объемнее. А в моем случае и подавно. Емеля, которого я буду водить попеременно с Сашей Гилязетдиновым, — моя первая роль в театре кукол: я — драматический артист, не так давно приехал из Норильска и сразу «попал» на Емелю, а это одна из самых сложных кукол, у которой ты должен управлять руками и ногами одновременно. Ширма, трости, куклы — для меня все в новинку, все интересно, хотя постигать законы театра кукол приходится на бегу. Ребята помогают, Вадим Александрович тоже. Ну да ничего, маленькими шагами пройдем большой путь.

Alt

Максим Ведерников (Царь):

— Для актера театра кукол спектакль начинается с чтения всей пьесы, потом — работы со своим текстом и образом, читок с режиссером и другими артистами — все как в драматическом театре: техника одинакова. Единственное отличие — эмоции и чувства героя нужно вложить в куклу, в ее движение и пластику: лицом здесь не «поторгуешь», потому что все время за ширмой. Вот мой Царь — заботливый отец, занят чем-то постоянно, а его избалованной дочери не хватает внимания: как все это куклой над грядкой передать? «По щучьему веленью» — первый спектакль, который мы после долгого перерыва играем строго за ширмой, и порой приходится поломать голову над тем, как выразить эмоции своего персонажа.


Завпост

Игорь Помазанов, заведующий художественно-постановочной частью Нового театра кукол КМТО «Премьера»:

— Чтобы начать репетировать, режиссеру и актерам нужна «выгородка» на первый план: в «По щучьему веленью» — это ширма. Пока подбираем для той, что будет в спектакле, ткань, репетируют на ширме из подбора. Затем изготовили все, что находится на сцене позади артистов: это трон для царя на раздвижной стойке, который будет опускаться вверх-вниз, а на его месте появится ель, и уже на ели распустятся розы. Такие вот чудеса. Позади трона уже готов круг-колесо: он будет и Солнцем, и Землей — когда Емеля едет, круг вращается, елки кружатся, пейзаж меняется.

Alt

Пока на спектакль «По щучьему веленью» ушло где-то метров 60 реек разного диаметра и еще 20 метров бруса, 30 метров железного уголка: деревянные конструкции делает наш плотник, а металлические нанимаем варить сварщика. Он еще и инженер — рассчитывает нагрузки. В театре все должны делать профессионалы: варить, пилить, играть, ставить. У нас, по крайней мере, так… В последнюю очередь сделаем «одежду» сцены: занавес, кулисы, падугу. В этом спектакле они не так важны, как в других: скорее, дополняют образ спектакля. Падуга по верху закроет портал сцены до половины, занавес новый, а кулисы наши, «дежурные».

Alt

Директор

Алексей Кунченко, директор Нового театра кукол КМТО «Премьера»:

— Новогодние спектакли у нас всегда премьерные и, конечно, с зимними сюжетами. Кто-то предпочитает ставить в праздничную афишу постановки из текущего репертуара, мы же стараемся подарить юному зрителю праздник. Надо сказать, что сказка «По щучьему веленью» с точки зрения бюджета не самая затратная в нашем театре: в смету мы легко вписались, а постановка в театре кукол стоит как отечественный автомобиль. Что касается интермедии с Дедом Морозом и Снегурочкой у живой елки, то ее бюджет даже ниже стоимости нашего среднего спектакля.

Alt

Приглашенный режиссер Вадим Александрович Домбровский еще и замечательный педагог: он — профессор Ярославского государственного театрального института, поэтому актеры театра получают уроки по вождению тростевой куклы от требовательного и придирчивого мастера старой школы, что само по себе хороший толчок в части их профессионального роста.

Первая полоса

Weekend

Бродвей в подземелье

Балетмейстер и режиссер Иван Фадеев рассказал «Югополису» о музыкальном перфомансе «Страсти по Бродвею», который состоится во Дворце искусств «Премьера» 29 и 30 апреля.

Ситуация

Пулевое послание

Политолог Михаил Савва — о главном выводе, который каждый россиянин должен сделать после убийства Вороненкова: уничтожат везде и любого.

Люди Наука и техника

Религия в контакте

Астрофизик, религиовед и представители четырёх конфессий рассказали «Югополису» о том, как относится религия к обнаружению внеземной жизни.

Люди

«Я охранял Сталина»

90-летний житель Краснодара Валентин Мартынов охранял Вознесенского, Молотова и Сталина. О том, как это было, ветеран рассказал «Югополису».