Колумнист «Югополиса» Анна Минченко — о том, во что превращается страсть под колесами времени.

У каждой приличной девушки есть стайка «неприличных» подружек. Их секреты, обычно помноженные на четыре, передаются мужу, дабы выглядеть на их фоне еще приличнее. Именно для них покупаются туфельки «Костюм Националь», делается спа-маникюр и чистка лица (потому что мужья чаще всего в надетом противогазе видят лишь выщипанные брови). Истинный свой вес таким подружкам не выдается под страхом собственной смерти, но с легкостью выдается за жемчуг искусная подделка родом откуда-нибудь из Моршанска.

Таких подруг у меня сотни (я ведь не только журналист, но еще и женщина), но есть одна «не такая». Та, с которой мы ели в студенческой общаге один на двоих «доширак» и пытались  превратиться в гламурных особ (или особей?), определяя, подделка ли висит на шее у блондинки в маршрутке. Но так и не научились. И до сих пор представляем это неумение своим мужьям как великое достоинство: «Твое счастье, что я ничего не понимаю в драгметаллах, поэтому купи мне норковую шубу!».

Вес она мой знала и знает (с точностью до двух, ну ладно, трех килограммов). Взаимных секретов у нас нет. Поэтому с важными вестями звоним друг другу,  как только рассветет.

В то пасмурное утро Наташка, чей голос срывался на крик, напоминая неисправный граммофон, жаловалась мне на своего образцово-показательного мужа:

— Представляешь, - едва разбирала я слова. — Этот негодяй сегодня ночью высморкался.

— Заболел? – участливо спросила я. И тут же оказалась под лавиной отборной брани. Из нее удалось вычленить примерно следующее: поздней ночью, уставший после работы и одолеваемый насморком Натальин супруг тем не менее выполнил супружеский долг. Правда прервал этот процесс, для того чтобы достать платок из висящего на стуле пиджака и прочистить нос.

— Это конец! Я ему не интересна как женщина, - рыдала в трубку Наташка. — Представь: высморкаться во время секса! Нет, ты только представь!

— А вы в какой… ммм… позиции сексом занимались? – уточнила я.

— В миссионерской. Но разве это важно?

— Еще как важно. Он же был сверху…

— И что?

Помня о том, что эмоциональные бури выметают из Наташкиного мозга способность здраво мыслить, объясняю:

— Представь, что было бы, если б он не высморкался, - и тут же закатываюсь в лошадином реве, немного напоминающем женский смех.

Наташка пробурчала что-то про первые месяцы знакомства, когда счастливый тогда еще будущий муж ее завоевывал. Тогда он себе не позволил бы подобного, мол, всякая хворь проходила у него, стоило лишь только увидеть Наташку в розовом белье.

— Да ладно тебе… - продолжала успокаивать я подругу. — Ты сама-то ноги когда брила?

— Позавчера. Но я в чулках была…

— Вот-вот. А вспомни, как я тебе в кафе станок возила, а? В преддверии бурной ночи…  Это у всех так жизнь меняется, и нечего рыдать над колесом времени.

Натали повеселела. Еще пятнадцать минут мы вынашивали планы мести. Я предлагала ночью в самый ответственный момент спросить: «Милый, ты выключил суп?». Наташке так понравилась эта идея, что я испугалась, представив их с мужем в очереди к сексопатологу. Поняв, что судьба их семейного ложа в моих руках, принялась отвлекать подругу разговорами.

— Слушай, я тут подумала - это ж большой плюс семейной жизни…

— Сморкаться во время секса?

— Нет. Заниматься им с комфортом, ничего не стесняясь. Ну, вот мешало ему что-то, он взял, исправил. А раньше не смог бы наверное, терпел…  Помнишь нашего соседа по комнате в общаге — Леху? Кудрявого и сексапильного такого, в майке с Че Геварой?

— Конечно. Он ко мне приставал на вечеринке какой-то…

— Или ты к нему? Пьяная в дугу. С криком «Даешь революцию!» Но я не об этом. Помнишь, как он в одних трусах прибежал ночью к нам в комнату и попросил иголку? Наверное, не помнишь, ты спала крепко, он еще спросил: «Это холодильник у вас так работает?» Да ладно тебе, я шучу…

Тогда случилась такая история. Он долго обхаживал одну красотку с экономфака. И вот наконец-то она приехала к нему на «пежо» прям к общаге. Пацаны разъехались. Красота. Он ей на гитаре поиграл, вина выпили, девушка, конечно же, сломалась перед Лехиными чарами. Наш мачо старался как мог. Заранее продумал экзотические позиции и теперь их реализовывал. В одной из них и принял участие Макс Покровский…

— Чего?!

— Эх ты, попса, ногу свело у него. Судорогой. Напрочь. А девушка только в раж вошла. Он терпел-терпел. До ста считал, тайком разминал. Не помогло. Вскочил и запрыгал по комнате на одной ноге. Потом кое-как трусы напялил и к нам прибежал за иголкой. Вроде как помогает, если уколоть место судороги. Когда вернулся, девушки уже не было. Так я к тому это говорю, что если с человеком живешь уже много лет, такая ситуация исключена, понимаешь…

— Точно, - сказала Наташка. — Как раньше - он тебе на волосы руку положил, тянет их от виска, больно - жуть. А ты молчишь, терпишь. Или похрюкиваешь что-то, чтоб не подумал, что ты фригидная. Или извиваешься как змея, чтоб шрам на ноге не заметил…

— Я уже молчу про щекотку.

— Ага. Я так однажды коленкой в подбородок одному заехала… Не выдержала. Так щекотно было, что жуть.

— Ну-ка, ну-ка…

— Все, пока, муж проснулся, - радостная Наташка оставила меня с чувством выполненного долга.

Через месяц я встретила того самого Леху. Мы вспомнили историю с иголкой, посмеялись. Но оказалось, что подобный случай в его жизни — не единственный.

— Познакомился с девушкой. Богиня. Весенний ландыш. Наконец пришли домой. Зажигаем на диване, ей вроде хорошо. И тут она вся как-то надувается, становится похожей на индюшку, замолкает, потом убегает в ванную. Оттуда слышится продолжительный рвотный кашель. Вот это был кошмар наяву - девушку стошнило от секса со мной. Расстались тогда молча. И даже не созвонились больше. Встретил ее через полгода на свадьбе у друга. Выпив, она мне призналась, что в тот вечер у нее во время секса что-то зачесалось в горле. Хотелось кашлянуть, но она боялась все испортить. Прикинь? Я ей про иголку рассказал.  Вот на ней я и женился. Теперь спокойно, не стесняясь, детей делаем - третьего вот ждем. Я счастлив - не надо ни перед кем выпендриваться.  А представь, если б не встретились потом? Такую хорошую жену упустил бы.

Вечером я позвонила Наташке и пересказала эту историю. В конце она спросила:

— А как же страсть? Хочется огня.

— Так разжигай. Только с чувством меры,- назидательно сказала я. — Подкидывай хворост в костер. Только без керосина.

— Как?

— Чулки новые прикупи, - зная ее страсть к этому предмету гардероба, я не могла удержаться от подколки. Мне кажется, будто Наташкин муж думает, что она родилась в чулках, ну, или они просто со временем вросли в ее кожу.

— А в молодости страсти больше, - вздохнув, Наташка увернулась от шпильки — Поэтому многие и в сорок пять пытаются ее вернуть.

— Ты про «бес в ребро»? Не зря, мать, народная молва именно так это и называет. Знаешь ли, Наташенька, всему свое время. Вот возьми, например, Алискину лопатку и пойди в песочницу поиграй.  Знаешь что будет? Наверняка найдется какой-нибудь добрый человек, который посадит тебя в маршрутку номер 16 и попросит водителя довезти до конечной остановки.

— А какая там конечная? - небрежно спросила она.

— Психиатрическая больница. Ты ж на этой маршрутке на работу ездишь. Ах простите, ездила. Вам  же, госпожа, муж машину подарил. И этому святому человеку нельзя было на минутку отлучиться!

Я положила трубку и вернулась в комнату. У мужа в руках горел джойстик - на мониторе виртуальная «Барселона» атаковала не менее виртуальный «Арсенал».

Я взяла зачитанные до дыр подростковые рассказы Юрия Козлова (хотя ВКонтакте у меня стоит статус «Читаю Бердяева») и принялась щелкать семечки. Я не умею делать это красиво, манерно нажимая на семена двумя пальчиками. Я просто разгрызаю их зубами, чтобы поскорее добраться до зернышка, и складываю мокрую шелуху в кучку, на которую без слез не взглянешь. Как и на  мужчину, у которого в руках прыгает джойстик из «Детского мира».

Но нам удобно. И не надо ни перед кем выпендриваться…