Владимир Путин в ходе «прямой линии» ответил на вопрос, какие последствия может иметь скандал с вмешательством в американские выборы, в свете показаний экс-главы ФБР Джеймса Коми, заявившего, что он уверен, что там был «русский след».
— Я так уж подробно не знаком с показаниями господина Коми. Доказательств вмешательства России Коми не приводит. Коми сказал, что записал разговор с президентом, а потом через друга передал в СМИ. Ну это уже странно! Чем тогда директор ФБР отличается от Сноудена? Он тогда не руководитель спецслужбы, а правозащитник.
Владимир Путин в ходе «прямой линии» ответил на вопрос, какие последствия может иметь скандал с вмешательством в американские выборы, в свете показаний экс-главы ФБР Джеймса Коми, заявившего, что он уверен, что там был «русский след».
— Я так уж подробно не знаком с показаниями господина Коми. Доказательств вмешательства России Коми не приводит. Коми сказал, что записал разговор с президентом, а потом через друга передал в СМИ. Ну это уже странно! Чем тогда директор ФБР отличается от Сноудена? Он тогда не руководитель спецслужбы, а правозащитник.