Поначалу участие в эксперименте мне представлялось некорректным. Дело в том, что после полутора лет самостоятельной жизни я вернулась под крылышко семьи. «Не совсем релевантный случай», — так, кажется, я ответила редактору на предложение подвергнуть себя жесткому финансовому секвестру. Но, припомнив знакомых-ровесников, согласилась.
Вечером в воскресенье, чтобы быть честной до конца, я резервирую уже имеющийся в холодильнике и на полках минимум доступных продуктов. При обычных условиях я беру на себя только часть расходов, и не всегда они касаются еды. Поэтому в этот раз иду в магазины и на рынок, где все это было куплено, и переписываю все цены.
2 пачки овсянки — 50 рублей; 3 пакета молока — 40 рублей; 4 кг яблок по 40 рублей; пачка ржаных хлебцев — 27 рублей; 2 плитки козинаков по 15 рублей; 1 кг замороженных вареников с картошкой — 130 рублей; десяток яиц — 60 рублей; 1 лимон — 21 рубль; пачка макарон — 47 рублей; плавленый сыр — 180 рублей; кетчуп — 70 рублей.
945 рублей.
Единственное, я не включаю чай. Купить дешевый я, как себя ни уговариваю, не могу. Имеющийся же в наличии явно не вписывается ни в какие расчеты. Так что я, чуть-чуть смухлевав, сама с собой договариваюсь, что просто не буду покупать ничего нового, допивая остатки роскоши.
1055 рублей. 855 оставляю в кошельке наличными и 200 на карточке.
Я – фрилансер. И с занятостью уж как повезет. В понедельник мне везет: срывается встреча с героем одного из проектов, и самый страшный день недели внезапно превращается в выходной. За окном отвратительная погода, голова раскалывается из-за подхваченной где-то простуды.
Днем закрома легчают на порцию овсянки с молоком, порцию вареников, 3 бутерброда с плавленым сыром, сколько-то там яблок и литров чая с козинаками.
К вечеру на ум приходит гениальная идея полечиться народными средствами: традиционная медицина мне не по карману. В холодильнике находится корень имбиря, со скрипом признается пригодным (сколько он там пролежал, я не ответила бы и под гипнозом) и, согласно заветам одной моей знакомой, варится. С долькой лимона «лекарство» идет на ура. Ночью желудок просит большего. Эксперимент грозит безвременно закончиться. Но я вспоминаю первое правило клуба выживальщиков и иду спать.
: 1055 рублей.
Встреча отменяется вновь. Погода не радует. В интернете все еще достаточно непросмотренных сериалов и непрочитанных книг.
Оставив завтрак и ужин такими же, как в предыдущий день, в обед я решаю побаловать себя чем-то более интересным. Но так как готовить не люблю, меня хватает только на омлет. По-студенчески, с кетчупом. Вечером оператор радует меня эсэмэской — пришлось задобрить его сотней рублей. Ночной голод удается сбить яблоками.
: 955 рублей.
Наконец-то начинается работа «в поле». Приходится изрядно помотаться по городу: с утра надо успеть на одно мероприятие, а потом на встречу с тем самым трудноуловимым героем.
Позавтракав овсянкой и порадовавшись, что ничто из косметических средств не требует срочного обновления/пополнения, убегаю. Живу я в пригороде. До центра Краснодара общественным транспортом можно добраться за 41 рубль или за 50, если кому-то из частников по пути. Я опаздываю и подумываю о такси (в голове кассовый аппарат уже пробивает счет в 500 рублей), но вдруг мне везет – я лишаюсь только 50-ти. Потом пересадка на трамвай (минус 17 рублей).
Подводит меня телефон. После мероприятия он, оповестив о разряженном аккумуляторе, отключается. Зарядки, конечно же, нет. Решаю попытать счастья в каком-нибудь салоне связи.
— Такая услуга есть, – радует меня сотрудник. — С вас 69 рублей.
Есть хочется так, что, не уйди он вовремя, я бы взглянула на него уже под совершенно иным соусом»
Пока телефон кормится электроэнергией, иду подзарядиться в ближайший супермаркет. С грустью побродив у полок, беру 2 банана (минус 42 рубля). Так в глазах окружающих из нищеброда вульгарис я превращаюсь в упоенно худеющую девушку.
До встречи с героем успеваю расстаться еще с 34 рублями — на трамваи с пересадкой. И 31 рублем — на что-то с гордым названием «напиток кефирный» во время часового ожидания своего визави. Есть хочется так, что, не уйди он вовремя, я бы взглянула на него уже под совершенно иным соусом.
По дороге домой мне везет: встречаю маму. Не слушая возражений, она оплачивает мой проезд и угощает бананом. Дома я вновь жарю себе омлет и ложусь спать пораньше.
712 рублей.
Вновь встреча с героем.
После традиционной овсянки отправляюсь на встречу (минус 41 и 17 рублей), до нее успев заглянуть в аптеку за нафтизином (30 рублей). Герой угощает меня печеньками. В обычной ситуации я бы неподкупно отказалась, но… Не могу ответить «нет» и на его галантное предложение заплатить за мой проезд, пока мы перемещаемся из одного конца города в другой.
Дорога домой — 41 рубль. Все 40 минут , пока еду, желудок мелодично подпевает играющим в ушах ’ B. Переступив порог, тратить время на изыски я не в состоянии, на яйца без содрогания смотреть не могу, поэтому в расход вновь идут вареники.
583 рубля.
Поход в театр с мамой. Месяц назад я купила билеты на «Евангелие от Воланда». Обещала ей давно, и отказать в последний момент было бы хамством.
Билеты были на руках, так что трачусь только на дорогу (82 рубля). Во время антракта мужественно сдерживаю порывы проведать буфет. Вечером, почти не жуя, проглатываю вареники. Ночью почему-то невыносимо хочется горячего какао и пончиков в глазури. Козинаки и хлебцы (последние к тому же еще и заканчиваются) с сыром уже не спасают.
501 рубль.
Встречаюсь сначала с подругой, потом с героем, а под конец дня иду еще на одно мероприятие.
После традиционной маршрутки за 41 рубль и 17 рублей, потраченных на трамвай, решаю напоследок гульнуть с подругой: на индийской выставке-продаже покупаю за две сотни наличных вегетарианскую пасту и заказываю в кафе тортик за 83 и латте за 117 рублей, исчерпав тем самым и свой карточный лимит. У героя надолго не задерживаюсь, за час отсняв последние нужные кадры. Пешком иду до мероприятия, к счастью, недалеко. Там же мне везет на фуршет. По возможности сдержанно угощаюсь соком и печеньками.
До маршрутки два километра добираюсь на своих двоих – денег в кошельке остается ровно 43 рубля. Дома с отвращением доедаю вареники.
2 рубля.
Пишу текст о мероприятии и отбираю отснятые карточки с героем.
Доедаю овсянку, молоко и яблоки. В обед варю макароны. С ними уходят в небытие плавленый сыр и кетчуп. Вечером прощаюсь с козинаками. Ночью с очередной кружкой чая меня покидает и лимон.
2 рубля, початая пачка макарон и 4 яйца.
Мне нельзя болеть, уезжать куда-то дальше двух-трех пересадок на муниципальном транспорте и, тем более, купить что-то из одежды»
По условиям эксперимента, на этой неделе мне нечем заплатить ни за коммунальные услуги, ни за интернет, ни даже за туалетную бумагу. Мне нельзя болеть, уезжать куда-то дальше двух-трех пересадок на муниципальном транспорте и, тем более, купить что-то из одежды. Даже канцелярские принадлежности, не говоря уже о книгах, мне не по карману.
Продолжи я так жить весь месяц, возможно, и наскребла бы на что-то из вышеперечисленного. Но с той же вероятностью могла бы слечь от авитаминоза и сойти с ума от постоянных подсчетов. Что делать во время критических дней, я тоже до сих пор не придумала. Единственный выход – не предохраняться, заодно можно сэкономить на контрацептивах. А там и до материнского капитала недалеко.