Политическое реалити-шоу «Дебаты — кандидаты» организовала партия «Новые люди». Заявки на участие подали более трех тысяч человек — было отобрано тридцать. Финалистами стали восемь кандидатов на победу. По результатам конкурса Виталий Кацко стал личным выбором лидера партии «Новые люди» Алексея Нечаева. О том, что заставило успешного адвоката принять участие в конкурсе, его проекте и перспективах Виталий Кацко рассказал на пресс-конференции.

— Я занимаюсь юриспруденцией уже семнадцать лет. Это не просто работа. Каждый день я защищаю людей. За эти годы я видел очень многих, кто, сталкиваясь с судебной системой, переставал верить в нее. Я и сам ощутил в какой-то момент себя человеком, сражающимся со стихией, которую не в силах усмирить.

К сожалению, вынужден констатировать, что судебная система у нас утратила доверие со стороны граждан. Сегодня выражение «идите в суд» воспринимается исключительно в негативном, можно даже сказать ненормативном ключе. «Идите в суд» значит для людей, что помощи не будет. А разве так должно быть? Разве задача судебной ветви власти не стоять на защите людей и их интересов? Я знаю, как исправить ситуацию. В пользу этого заявления — люди, которым я смог помочь за всё это время. Но меня тревожила мысль, что меня не хватит на всех людей, я не могу помочь большинству. И тогда я осознал: моя задача — поменять саму систему. Звучит самонадеянно. Может, я и мечтатель, конечно, но именно такие люди меняют мир.

Однажды, после получения очередного немотивированного отказа судьи в ходатайстве, я шел домой и чувствовал, что больше так не могу. Нужно менять что-то. Но, кроме моего желания починить эту систему и профессионализма, у меня нет ресурсов. И выход пришел сам собой. Я увидел прямо во дворе дома офис с вывеской: «Партия „Новые люди”». По натуре я очень любопытный — это помогало мне в работе следователем. И конечно, я просто не мог пройти мимо. И вот я просто зашел в партию и понял, что это и есть тот глоток воздуха, тот вдох, которого мне не хватало для важного шага. Там оказались действительно новые люди. С горящими глазами, кипучей энергией и, главное, желанием не просто говорить, а менять, делать. Так и началась моя общественная деятельность.

Мы запустили проект, направленный на защиту реки Кубани от стоков. Бомбардировали письмами администрации города и края по поводу недостроенных объектов. Собрали общественный совет. Помогаем жителям в вопросах, в которых они потеряли уже надежду получить поддержку. Результаты есть: глава Росприроднадзора анонсировала масштабную проверку состояния реки Кубани.

Потом умный алгоритм «Инстаграма» вывел мне объявление о реалити-шоу «Дебаты — кандидаты» — я решил поучаствовать. Представил ряд законодательных инициатив под общим названием «Доступное правосудие». Сейчас правосудие — дефицитный товар, как холодильник в СССР: в очереди стоят многие, а получают его избранные.

?

— Сегодня судья не может быть фактически независимым. Над каждым из них возвышаются фигуры председателей суда и его заместителей. Я считаю, что эта система безвозвратно устарела. Если раньше председатель суда распределял дела, то теперь этим занимается система ГАС РФ «Правосудие», а бумагу и канцелярские принадлежности выдает администратор суда. Председатели и их заместители не просто бесполезны, а вредны, потому что довлеют над решениями судьи, чья дальнейшая карьера напрямую от них зависит.

— Я считаю необходимым ввести солидарную материальную ответственность судей за их решения, которые признаны ЕСПЧ незаконными. Почему за очевидные судейские нарушения, игнорирование требований Пленума Верховного Суда РФ денежные средства должны выплачиваться из карманов налогоплательщиков — нас с вами?

Приведу пример: недавно мы добились признания нарушения прав моего доверителя в Европейском суде по правам человека. Моему доверителю государство должно выплатить пять тысяч евро в качестве компенсации. Я считаю, что эту сумму было бы справедливо разделить среди всех судей, которые принимали незаконные решения, и пусть они оплачивают свою некомпетентность из собственного кармана.

— В проекте я раскрыл пятнадцать пунктов. Судебная система является базовой для любого общества. От ее эффективности зависит уровень комфорта и безопасности людей. Необходимо вернуть доверие граждан к судам, потому что без этого невозможно говорить о цивилизованном обществе. А это можно сделать путем полной, а не частичной гласности. Так, сегодня практически нереально добиться разрешения на видеосъемку судебного заседания. А почему? По моему мнению, только зло боится света и объективов камер. Помните, как вор возвращает похищенный кошелек, когда замечает видеонаблюдение? Это, на мой взгляд, очень яркая иллюстрация необходимости видеосъемки и интернет-трансляций судебных заседаний: так мы точно будем знать, что у нас не украдут свободу. Кроме того, видеозапись дисциплинирует всех участников и спать на заседаниях служители Фемиды точно станут меньше.

Отдельная тема — суды присяжных: количество дел, подлежащих рассмотрению данным судом, необходимо расширить. Раньше присяжными рассматривались коррупционные и дела против сексуальной свободы и неприкосновенности, а сейчас объем дел во многом сокращен. Вот пример: мой коллега защищал массажиста, которого осудили на двенадцать лет по заявлению матери ребенка: ей, перепутавшей логопедический массаж с помощью колпачка, показалось, что мужчина совершил иные действия сексуального характера в отношении ее сына. Дело имеет повышенный общественный резонанс, так как этого массажиста из Белореченска осудили на двенадцать лет строгого режима. Двенадцать лет! Всё в этом деле доказывало невиновность массажиста, но одного заявления оказалось достаточно, чтобы судьи вынесли обвинительный приговор. Просто из-за того, что кому-то что-то показалось, жизнь человека разрушена. Уверен, в суде присяжных такого не произошло бы.

Этот массажист далеко не единичный случай. Любой может стать жертвой такого суда, которому нет времени разбираться в деталях. Это может быть ваш муж, брат, отец. И люди бессильны перед огромной системой, которая призвана защищать их, а служит совершенно другим целям.

— Для меня вообще непонятно, как можно рассуждать над этим, не имея фактов. Я как адвокат привык мыслить не пустыми рассуждениями, а фактологически. Но давайте я попробую ответить на вопрос со всех сторон. Да, действительно, Навальный проводил журналистские расследования, всем это известно. Это факт. Как и то, что международная правозащитная организация Amnesty International повторно признала Навального узником совести. Но в нашей стране нет такого понятия, как политзаключенный. Если утверждать, что политзаключенный — это тот, кто незаконно осужден за свои политические взгляды, то мне необходимо дать оценку законности и обоснованности приговора. Но я, как и большинство людей, не изучал материалы уголовного дела Навального, а опираться на домыслы нельзя. Делать выводы о законности приговора — это юридическое невежество. Я как адвокат это позволить себе не могу.

— Очень важный позитивный опыт, появились и идеи. Например, на шоу «Дебаты — кандидаты» первым нашим испытанием был тест на полиграфе. Я прошел это испытание и на все вопросы ответил правдиво: мне нечего скрывать. И тогда я понял, что так и нужно поступать в очень многих областях: в подборе чиновника на ответственную должность, проверке свидетельских показаний и так далее. Кстати, на мой взгляд, было бы очень правильным применять полиграф на выборах в органы власти, чтобы все кандидаты в депутаты отвечали на вопросы своих избирателей гласно и с использованием детектора лжи. И тогда, может, люди начнут верить и в перемены, и в закон, и в людей, которые в ответе за их жизнь.

Оригинал статьи опубликован на сайте "МК на Кубани" .