Кубанский правозащитник Александр Данилов: «Закон не должен быть стеной, о которую разбиваются просьбы людей»

Работа исполнительных органах сродни правозащитной деятельности, считает Александр Данилов. Эта аналогия ему близка, поскольку он сам также является правозащитником. По его словам, разница только в инструментах, при помощи которых можно победить чиновничье равнодушие и правовые коллизии. В интервью «Югополису» он рассказал, какой спектр вопросов интересует жителей Краснодарского края и какие законодательные инициативы могли бы улучшить ситуацию.

Не совет, а алгоритм

- Вы занимаетесь правозащитной деятельностью. Какой спектр вопросов беспокоит граждан?

- Спектр очень широк — от «бытового» права до сложных имущественных споров. Чаще всего это социальные вопросы: некорректное начисление пенсий и пособий, вопросы ЖКХ (перерасчёты, качество услуг), трудовые споры и защита прав потребителей. В последнее время стало много обращений, связанных с финансовой грамотностью и защитой от неправомерных действий банков или коллекторов. Люди ищут не просто совета, а четкий алгоритм – куда идти и что писать.

- Приходится ли защищать интересы участников СВО и жителей новых регионов?

- Безусловно, это сейчас приоритетное направление. Основной блок вопросов от участников СВО и их семей — это получение льгот, выплат и земельных участков. Часто возникают сложности с оформлением документов из-за разности ведомств. Для жителей новых регионов актуальна интеграция в наше правовое поле: подтверждение стажа, переоформление документов на собственность, получение гражданства.

Сейчас власти важно закрепить трудовые гарантии для участников СВО и их семей: дополнительные преференции при трудоустройстве и продвижении по службе для ветеранов боевых действий. Также важны гарантии для супругов участников СВО — например, преимущественное право на сохранение рабочего места при сокращении или гибкий график работы без потери в доходе.

Работа в округе сродни правозащитной

- Как складываются отношения с представителями власти? Получается ли выстроить взаимодействие?

- Моя позиция — конструктивный диалог, а не пустая критика. Власть — это не монолит, там работают люди, которые зачастую сами заложники сложных регламентов. Благодаря прямому взаимодействию с администрациями округов нам удается выстраивать «короткий путь» для решения проблем. Если закон на стороне гражданина, мы всегда находим общий язык с чиновниками.

- Сами вопросы, при которых граждане обращаются к правозащитникам, чаще всего являются следствием чиновничьего попустительства?

- Не всегда. Часто это следствие правового вакуума или сложности самого законодательства — человек просто теряется в лабиринте правил. Но, конечно, есть и случаи формализма, когда чиновник дает отписку вместо того, чтобы вникнуть в суть. Правозащитник здесь выступает как «переводчик» с языка человеческой проблемы на язык закона, заставляя систему работать так, как она и должна.

Действующий закон об обращениях граждан часто позволяет чиновникам давать отписки. Я же выступаю за борьбу с бюрократическим формализмом и ужесточение ответственности за формальный подход. Нужно на федеральном уровне закрепить критерии содержательного ответа: если проблема не решена или не дан четкий алгоритм решения, такой ответ должен приравниваться к невыполнению должностных обязанностей.

- Как вы считаете, работа в округе, на приёмах граждан, похожа на своего рода правозащитную деятельность, только с перечнем других вопросов?

- Да, в своём округе ты и есть главный правозащитник. Разница лишь в инструментах. Если юрист оперирует кодексами в суде, то тут приходится оперировать запросами, бюджетным планированием и контролем за исполнением муниципальных программ. Цель одна — восстановить справедливость и защитить интересы конкретного человека или группы жителей.

- А с какими вопросами жители округа обращаются к вам?

- Это «земные» вопросы, из которых состоит жизнь: ремонт тротуаров, освещение улиц, нехватка мест в детских садах, благоустройство дворов. Недавно я помогал семье участника СВО с переводом ребенка в садик поближе к дому. Это не судебный спор, но это прямая обязанность представителя власти — сделать жизнь в округе комфортной и справедливой.

Что делать?

- Как, на ваш взгляд, можно к лучшему изменить ситуацию? Может, ещё какие-то изменения на федеральном уровне кажутся вам сейчас актуальными помимо тех, что уже обозначили выше?

- Как юрист, который работает с обращениями граждан в общественной приемной, я вижу те узкие места в законодательстве, где система пробуксовывает. На федеральном уровне сейчас необходимы изменения, которые сделают защиту прав граждан более быстрой и адресной.

Этот подход требуется применить к целому ряду направлений. Например, в финансовой плоскости. Это как защита от кибермошенничества, так и от финансового произвола, когда людям порой приходится доказывать законность своих средств и банковских процедур. Процедуры разблокировки счетов можно значительно упростить. А при выдаче крупных кредитов, напротив, ввести «период охлаждения», чтобы защитить заёмщиков от возможного влияния мошенников. Не мешало бы также повысить в целом ответственность банков за безопасность средств вкладчиков.

Реформы требует и система начисления пенсий для ветеранов силовых структур. Ситуация, когда пенсионер МВД, отслуживший на Севере, сталкивается с некорректным перерасчетом при переезде, — это следствие сложности межведомственных регламентов. Необходимо на федеральном уровне цифровизировать и автоматизировать учет специфического стажа (северного, боевого), чтобы исключить человеческий фактор и необходимость для ветерана судиться с собственным ведомством за честно заработанную пенсию.

В едином русле должны развиваться и вопросы экологического и строительного контроля. Для таких динамично развивающихся городов, как Краснодар, необходимы жесткие федеральные нормы по комплексному развитию территорий (КРТ). Нужно на законодательном уровне запретить сдачу жилых кварталов без опережающего строительства социальных объектов (школ, детских садов) и четко прописать нормы по созданию зеленых поясов в городах.

- А что хотелось бы изменить в законодательной базе на уровне региона?

- Здесь нужно расширять полномочия ТОСов (территориального общественного самоуправления). Это те самые люди, которые знают проблемы каждого подъезда. Если дать им больше инструментов и реального финансирования, вопросы благоустройства будут решаться в разы быстрее. На месте можно помочь «приземлением» областных программ на конкретную улицу, добиваясь, чтобы бюджетные деньги шли не на абстрактные отчеты, а на конкретную ливневку или детскую площадку в 38-м округе.

- И в заключение: как бы вы могли резюмировать свой подход к работе в этом поле?

- Мой принцип как правозащитника: закон должен быть не стеной, о которую разбиваются просьбы людей, а инструкцией, которая помогает им жить достойно. Все эти изменения направлены на одну цель — социальную справедливость.