—
— Бедный новый мэр
Краснодара…Ему достанется очень тяжелое
наследство. Хотя и бывшим мэрам тоже
было несладко.
—
— Я, кстати, тоже
«понаехавший». В 1952-м году переехал сюда
из Свердловска, естественно, с родителями.
—
— Да. Жизнь там
бурлила, сотни заводов, театры знаменитые,
ученый мир, свободолюбие. Краснодар
другой. Помню здесь первое утро.
Просыпаюсь: тишина. А по улице:
«Цок-цок-цок». Что это? Лошадь идет с
тележкой. Машин нет. Деревьев полно,
кроны порой улицу закрывали полностью.
Многоэтажный дом один был тогда в
Краснодаре — «стодворка». А мы жили
тоже в хорошем — трехэтажном, на улице
Седина: полукруглый дом, он и в те времена
был знаменитый. Я иногда думаю, каким
же ароматным и уютным был Краснодар в
пятидесятые годы.
Куда застройщики
включают фекальную канализацию? В
ливневку. А ливневка идет в Кубань. Не
спрашивайте поэтому, когда разрешат
там купаться. Никогда! А, кстати, для
ливневки нужно еще один коллектор
сделать — так называемый перехватывающий.
Все эти трубы должны выйти на очистные
сооружения. Воду надо сначала очистить,
а потом сбрасывать в реку. Чего не
делается. Так что да, личико у нашего
города украшено. А тело гниловатое.
—
— В городе должна
работать система территориального
планирования, которой пока нет. Прежде
чем строить сиюминутные планы, надо
сделать территориальный прогноз. Я в
Германии этому поучился очень хорошо — и занимался этим лет двадцать. Давайте
я вам картинку покажу одну. Чертеж
называется «Как Краснодару выйти в
мир?»
Вы видите чертеж — это
аэропорт. В конце 90-х годов вышло
постановление Совета министров о
переносе военного аэродрома из города
Краснодара. И этим вопросом я тогда
занимался. Мы искали место, куда бы
вывести военный аэродром. Хотели в район
Новотитаровки, но туда не получилось.
Мы нашли место в районе поселка
Андреевского Динского района. Здесь
есть военный полигон, семь тысяч гектаров.
Но мы рассматривали тогда вопрос о том,
чтобы сформировать здесь аэропорт
совместного базирования, то есть военный
и гражданский хаб. Ведь гражданский
аэропорт тоже нужно из Краснодара
выносить.
— Чтобы освободить для
города эти территории. Аэродромы мешают
развиваться городу, а город — аэродромам.
По этому проекту на территории около
семи тысяч гектаров можно построить
уникальный хаб. Я тогда общался с
представителями авиационной отрасли
очень плотно. Они говорили мне: «Ребята,
вы спите…» Все дело в том, что у нас на
территории страны есть две уникальные
точки для международных полетов мировой
авиации: это Краснодар и Красноярск.
Краснодар находится на ортодроме
Чикаго-Дубай. Ортодромия — это кратчайшая
линия на шаре между двумя точками.
— Набережная — это
социальная катастрофа. Дома понатыкали
вплотную. Где школы? Детские сады?
Поликлиники? Релакс-зоны? С 1971 по 1975 год
я был руководителем УКСа — главным
заказчиком по Краснодару. Мы в год
строили по три школы. Все районы начинали
строить с инженерных коммуникаций и
социальной инфраструктуры.
Сегодня в Краснодаре
проявилась серьезнейшая диспропорция
между строительством жилья и социальной
инфраструктурой. Мы жилье строим, строим,
строим… Уже квартиры не продаются, а
мы все строим. И эта диспропорция
продолжает увеличиваться. Я читаю: надо
83 новые школы и 328 детских садов в городе
построить. Где? И за какие деньги?
Садик тоже можно строить
в четыре-пять этажей, а не в два. В подвале
я бы разместил всю подсобку. Первые три
этажа — дети. А последующие — для
администрации. Территорию надо экономить,
потому что ее физически нет.
А самовольное и незаконное
строительство — это просто какая-то
система. Нельзя городской власти не
видеть такого объема незаконного
строительства.
—
— Это тоже работа, но
начать необходимо с производства. Нужно
думать о технопарках. Надо разработать
производство современных изделий,
которые будут востребованы в мире.
Только этим и заниматься. Все начинается
в технопарках.
— Ну, например. У меня
есть товарищ. Он изобрел уникальные
микролазеры. И на их основе — лазерный
скальпель, который режет без крови. То
есть: можно делать медицинские операции
без крови. Он резидент Сколково. Ему
дали на проект половину денег. Остальные,
говорят, ищи сам. Его в Швейцарию тащат.
В Германию тащат. В Японию. Он говорит:
«Я никуда не поеду. Я это делать буду в
Краснодаре». Опытные образцы такой
продукции можно сделать только в
технопарке.
Он работал в технопарке
Германии, знает, что это такое. Но у нас
пока такого нет. А без технопарков
никаких промышленных парков уже для
массового производства быть не может.
— На мой взгляд, это не
очень удачная площадка. Я зонами занимался
30 лет, и нигде мы ни одну не сделали. Все
останавливалось на стадии сбора средств
на общеплощадочные сети. Если вы возьмете
тот район, где это предполагается делать — там нет подъездов, инженерного
обеспечения. И потом — что, все люди
поедут работать в одну промзону на
восток города?
Или, к примеру, западная
часть Краснодара, Юбилейный, — где там
работать? Там кроме магазинов нет ничего.
А нужны два-три больших предприятия.
Краснодару нужны
города-спутники. Например, в поселке
Афипском в свое время строился гигантский
завод сельхозмашиностроения. Там 27
зданий стоят. Огромные цеха, сто на
двести метров. Вот вам мощности — только их надо использовать. Территория,
сорок гектаров, заросла травой. Вот вам
и промзона. Доработать ее надо. Получим
еще один промпарк. И таких нужно несколько
в разных частях города.
— Электробусы, например.
Автобусы, трамваи, сельхозтехнику — да
что угодно.
—
— Вообще на второй
уровень с движением надо выходить. О
проекте «Три луча» слышали? Это путепровод
прямо над железной дорогой. И железная
дорога вместо ножа, который разрезает
город, превращается в скоростную
магистраль непрерывного движения.
—
— Не нужны они. Не
получится. Транспортная перспектива
автомобильного движения — нужно делать
переброски-путепроводы. Я видел на
Западе эти перехватывающие парковки — в Голландии. Это большие территории.
Где вы такую площадку найдете, чтоб там
можно было выставить тысячу автомобилей
и уехать в любую точку города общественным
транспортом?
— Есть такое правило
в градостроительстве — прежде чем
строить мост — построй подходы к нему.
Надо мост в другом месте строить. Как
продолжение улицы Старокубанской.
Давайте посмотрим по карте, куда приведет
эта дорога. Она вышла бы на соединительную
дорогу, которая соединяет трассу на
Новороссийск и трассу на Горячий Ключ.
Это очень удобный и универсальный путь
— можно было бы вырулить и на одну
трассу, и на другую. Теперь давайте
посмотрим на предполагаемый новый мост
в Яблоновском — в Адыгее мы въезжаем
после него опять в узкое бутылочное
горлышко. Ну, и чего мы добъемся?
— Нужно делать путепроводы-переброски через железные дороги. У нас
такая переброска одна — улица Северная.
Ее начинали строить в 70-е годы. Вот
представьте, что Северных мостов сейчас
бы не было… То есть, нужно штук хотя бы
8-10 построить с выходом на новые улицы.
— Деньги сегодня можно
получить по принципу государственно-частной
концессии. Другие варианты маловероятны.
— Нужно сделать так
называемое плоское кольцо диаметром
пятьсот метров. Есть такой градостроительный
прием. Плоское кольцо, где идет
распределение потоков. Не хочу грузить
техническими подробностями, но это
обойдется раз в десять дешевле, чем
развязка в три уровня.
— Проводить реконструкцию
и замену ветхого фонда. Но надо формировать
новый деловой центр.
— Он должен быть только
высотный. И никакой иначе.
—
— Хибары все равно
убираются постепенно. А со старым городом
можно сочетать. Слушайте, вот я был в
городах США — Нью-Йорке, Чикаго,
Сан-Франциско. Везде все сочетается. На
одной стороне улицы 100 этажей, а на другой — 4. Но границы зонирования очень четко
соблюдаются.
— Все говорят о какой-то
корректировке старого генплана, который
мало кто видел в глаза. Я его нашел. И
внимательно посмотрел. Ничего тут уже
нельзя корректировать. Масштабы того,
что надо сделать, чтобы город нормально
функционировал — это никакая не
корректировка. Нужен совершенно новый
генплан. Который сделает Краснодар
совершенно новым городом.