Уроженец Йошкар-Олы, выпускник New York Film Academy, начинавший с короткометражки с Кевином Спейси, сегодня он не только снимает кино, но и размышляет о своей миссии перед зрителем. На днях Алексей посетил Краснодар с показом фильма «Как Иван в сказку попал». Послушать киносказку пришла даже незрячая девочка.
В интервью Нужный рассказывает, как конфликт со школьниками вдохновил его на создание фильма, почему он считает, что замысел приходит свыше, как не бояться усталости, непогоды и звездных капризов. В этом разговоре — о том, чему должно учить кино, как совмещать строгость и импровизацию на площадке, на что Алексея вдохновляют беседы с Никитой Сергеевичем Михалковым и почему признание жены для него важнее слов коллег.
Вы рассказываете в интервью, что первое, с чего начинается фильм — это замысел режиссера. А откуда приходит замысел? И как к вам пришел замысел фильма «Как Иван в сказку попал»?
Я думаю, что замысел всегда приходит свыше. Как именно это происходит, я не знаю. Этот замысел, как и многие другие, пришел через конфликты. Конфликт дан человеку не просто для того, чтобы поругаться, выпустить эмоции или отстоять свою правду. Он дан для того, чтобы измениться.
Замысел фильма «Как Иван в сказку попал» родился в конфликте со школьниками. Это было не прямое противостояние, а разница идеологий, разных правд — у каждого она своя. Когда мы обсуждали наши точки зрения с группой школьников, родился этот сюжет. И он был им интересен.
Сюжет фильма таков: самодовольный мальчишка, который любит супергероев и комиксы и воспитывается не на наших морально-этических ориентирах, попадает в мир русской мифологии. Там с ним происходит метаморфоза. Сначала он пытается изменить этот мир, а затем мир русской мифологии меняет его: наполняет сердце любовью, светом, добротой. Не обманывая себя и не отказываясь от своих интересов, герой начинает понимать, что такое русская культура. Детям в нашем разговоре этот сюжет показался очень любопытным. Поэтому я стал его делать.
С какими сложностями вы столкнулись на съемочной площадке? Было ли что-то, что пришлось преодолевать?
Мы всегда что-то преодолеваем — например, лень, усталость. Человек вообще встаёт утром и уже преодолевает лень. Каждый день съемочная группа просыпается в пять, а бывает, и в четыре утра; выходной — раз в неделю. Работаем до шести вечера, с переработками до восьми. После съёмок — общее собрание с обсуждением ошибок и подготовка к следующему дню. Домой возвращаемся в десять, а в четыре снова подъём.
Но мы стараемся относиться друг к другу с уважением и поддержкой. Наша задача — рассказать историю так, чтобы было интересно зрителю. А для этого должно быть интересно нам. Мы работаем и думаем: интересно нам это или нет. Если перестало быть интересно, значит, где-то ошиблись. Эти ошибки надо исправить.
Ещё на каждом проекте мы сталкиваемся с непогодой. Запланировали снимать сцену в солнечную погоду, а пошел дождь. Или выбрали локацию, приехали, а там ремонт дороги. Однажды я начал считать проблемы — у режиссёра они каждые пять минут.
Вы такую интересную вещь сказали, что вам может стать неинтересно в процессе съемок. У вас такое бывало? Что на это может повлиять?
Бывает, сильно накрывает усталость… И в коллегах её видишь: кто-то сидит, подперев ладонью подбородок, и уставшими глазами смотрит в монитор. Каждый департамент смотрит в монитор и видит свои косяки. А режиссер отвечает за правду. Если он видит фальшь, должен тут же её исправить.
Было ли в фильме что-то, что получилось даже лучше, чем вы планировали?
Каждый раз. Каждый фильм получается лучше, чем я ожидал. Потому что я знаю, как это было в сценарии, и вижу, как это на экране. Когда мы читали сценарий, тех эмоций, которые есть на экране, не было. Каждый специалист, участвующий в процессе, привнес свое. Моя задача как режиссера — собрать общий рисунок. И для меня всегда выходит лучше, чем было написано на бумаге. Хуже ни разу не было.
Сколько занял предпродакшн фильма, сколько длились сами съемки и сколько ушло на постпродакшн?
Создание фильма обычно занимает примерно полтора-два года. Например, «Огонь» я делал три года, «Я худею» — два, а «Бременские музыканты» — за год. Мы сидели за новогодним столом и думали: давайте снимем «Бременских музыкантов» и выйдем в прокат в следующий Новый год. Кто-то сказал, что это невозможно. Продюсер Леонид Эмильевич Верещагин из студии «Тритэ» Никиты Михалкова сказал, что считает это возможным. Я ответил: «Леонид Эмильевич, раз вы так считаете и верите в это, я как специалист сделаю всё, чтобы получилось».
«Как Иван в сказку попал» создавался около двух лет. Представьте, как может быть обидно, если фильм не получится. Это же два года жизни… Поэтому я сам стараюсь и всей группе говорю, что мы просто обязаны сделать хорошо, чтобы потом не было так горестно и больно.
В фильме «Как Иван в сказку попал» обширная география. Как вы искали эти места для съемок?
В кино есть профессия локейшн-менеджер. Придумывая дизайн фильма вместе с оператором и художником, мы затем находим ему визуальное подтверждение. Либо рисуем, опираясь на русскую живопись — Васнецова, например. Задача локейшн-менеджера — найти эти места в нашей стране. Потом начинается выбор объектов. Съемки сказки интересны тем, что ты путешествуешь по всей России и собираешь в фильме прекрасные места.
Какой герой из русского фольклора был у вас любимым в детстве?
Я ребёнок 90-х, моими героями были Сталлоне, Ван Дамм и персонажи «Полицейской академии». Наших русских героев нам никто не показывал. Поэтому сегодня я бы назвал любимыми Илью Муромца и Добрыню Никитича — настоящих русских мужиков с добрым сердцем, бескорыстно стоящих на защите нашей земли.
По отношению к актерам на площадке вы строги и требовательны или готовы принять импровизацию, услышать мнения артистов, их видения персонажа?
Я думаю, что я в балансе. Любому начальнику нужно быть правдивым и строгим. В то же время нужно находить место для лёгкости. Как говорил Никита Сергеевич Михалков, кино должно быть как перо — лететь по воздуху, и второй такой траектории никто не сможет повторить. Я хочу, чтобы мой процесс был импровизационным, лёгким, точным, честным и вдохновляющим для всех. Но важно не халтурить, и для этого нужна строгость.
Что может вас вывести из себя на съемочной площадке?
Меня может вывести из себя непрофессиональное отношение, обычное хамство и капризные манипуляции артиста. Это неприятно. Я не люблю работать с капризами. Люблю работать с людьми, которые трудятся. И стараюсь быть примером такого взаимодействия.
Есть ли у вас перфекционизм и уместен ли он на съемочной площадке: скажем, множество дублей одной и той же сцены? Бываете ли вы довольны с первого дубля? Часто ли именно первый дубль попадает в итоговый монтаж?
В начале вашего вопроса — перфекционист ли я — мне сразу захотелось сказать «нет». Но когда вы продолжили про «много дублей», я понял, что я перфекционист. Потому что дублей я делаю много. Иногда могу задолбать всех, пока не получится так, как я вижу. Но бывает, мне показывают что-то, что я не так себе представлял изначально, — и это тоже жизненно, в это я тоже верю. Тогда я соглашаюсь с обновлениями и не иду добиваться того, как придумал раньше.
По какому принципу выбираются сцены из сценария для актеров, приходящих на кастинг пробоваться на роль?
Как правило, выбирается самая интересная сцена, в которой актёр может себя показать. Это может быть и короткая сцена, и длинная, и даже собранная из нескольких эпизодов. Для меня главное — увидеть в артисте талант, разглядеть его точность, попадание в характер. Он, как недостающий пазл, должен войти в пустое место в нашей большой картине.
Либо могу давать артисту разные задачи и прощупать его инструментарий: чем он владеет и слышит ли меня.
Основной претензией многих непрофессиональных критиков является то, что, по их мнению, фильм не учит аудиторию чему-то хорошему (или вообще ничему не учит). Как считаете, такие художественные произведения, как фильмы и книги, должны чему-то учить или они спокойно могут нести только одну функцию — развлекательную?
Я точно не только за развлекательный смысл. Глобально я за то, чтобы фильм оставлял яркие впечатления, вызывал много эмоций. Сделать только для развлечения — не мой путь, но развлечение обязательно должно быть в кино. Потому что я занимаюсь кино для кинотеатрального проката, для большого экрана.
Но я считаю, что в кино, помимо развлечения, должен быть важный замысел, отвечающий на вопрос, о чём кино. И зритель должен это считать, его должно это волновать.
Вы плотно сотрудничаете с киностудией «Тритэ», которая, по вашим словам, базируется на трех базовых ценностях. Можете ли расшифровать подробнее, что значат эти ценности в кинопроизводстве?
В киностудии «Тритэ» Никиты Сергеевича Михалкова мы делаем кино с Никитой Сергеевичем и Леонидом Эмильевичем. Студия «Тритэ» — это товарищество, творчество, труд. Мы должны друг друга поддерживать, заниматься творчеством и в этом творчестве трудиться по-настоящему. Именно так мы и стараемся двигаться по жизни.
Вы рассказывали, что для вас было очень ценным получить признание от Никиты Сергеевича Михалкова вашего фильма «Огонь». Сейчас, спустя время, по мере роста вашего опыта и признания, есть ещё такие люди в нашей киноиндустрии, чье признание или положительное мнение вам важно получить?
Конечно, в первую очередь мне важно зрительское признание. Но не буду скрывать: признание нашего киносообщества — это всегда очень приятно. Понимаете, получить теплые слова от другого режиссёра, когда у тебя получился фильм, — большая редкость, потому что чувство зависти никто не отменял.
Но я не жду такого признания целенаправленно, не делаю кино для этого. В этом смысле для меня важнее честное мнение моей жены. Она разбирается в хорошем кино. И когда жена говорит: «Это здорово», — я верю ей не потому, что я её муж. Она может прямо сказать, если с ее точки зрения что-то не получилось. Мне нравится такая честность, эта её любящая бескомпромиссная правда. Это большое умение.
Какие фильмы стали самыми сложными для вас с технической и с эмоциональной стороны?
Самый сложный с технической стороны был фильм «Огонь». Мы действительно строили леса, дороги, гигантские декорации, тут же их портили, жгли. Это было сложно. Я приходил со смены, брал мокрое полотенце, проводил по лицу — оно было черное: каждый день из 75 съёмочных дней фильма «Огонь».
А так каждый фильм для меня эмоционален — от «Я худею» до «Как Иван в сказку попал». На мой взгляд, все фильмы эмоциональны.
Если не видели, посмотрите «Пару из будущего» с Сергеем Буруновым и Марией Ароновой. Это очень качественное и эмоциональное кино для людей нашего возраста. Мне до сих пор часто пишут о нём. Люди посмотрели и захотели найти меня, чтобы поблагодарить.
Недавно женщина написала мне про «Бременских музыкантов». Она воспитывает дочь 14-15 лет, которая не говорит. И вот когда девочка посмотрела фильм, она впервые заговорила — такое сильное впечатление он на неё произвёл. Для меня это самая главная победа: человек испытал эмоции и сказал свои первые слова в жизни.
Одной из ваших первых работ был короткий метр «Конверт» с голливудской звездой — Кевином Спейси. Было ли вам страшно приступать к работе с таким известным актером?
Конечно, волнение было. Надо понимать, что эту короткометражку я снимал всего два дня. И две ночи просто не спал — не мог уснуть. У меня рука тряслась. Но никто этого не знал, никто не заметил. Я старался транслировать спокойствие, профессионализм и хорошее настроение.
И мы с Кевином всё время шутили. Например, я объясняю ему сцену с его экранной женой: «Вы друг друга очень любите. Представьте, осознайте, что вы больше никогда не увидитесь, не испытаете близости, у вас больше никогда не будет любви, ласки. Я сейчас включу камеру и хочу это почувствовать». И после этого Кевин говорит: «Так, включите камеру и всё, пожалуйста, уйдите: я хочу дать своей жене ласку». Он так смешно это сказал. Так что мы просто веселились и делали свою работу.
Какими качествами должен обладать человек, решивший стать режиссером?
Такой человек должен обладать сильным чувством своей правды, человеколюбием и верой. Вера может быть во что угодно: в Бога, в ананас, в то, что всё получится и он справится. Но эта вера должна быть очень крепкой.
Конечно, нужна вера в Бога. Благодаря ей ты чувствуешь ответственность перед Ним за тот замысел, который воплощаешь. И ещё очень важно сочетание любящего сердца и крепкой воли. Важно уметь видеть мир иначе, не так, как видят его остальные, — тогда может появиться свой взгляд. А через человеколюбие и любовь — своё высказывание.
Что вас вдохновляет? Как проводите свободное время?
Меня вдохновляет результат, который получается. Вдохновляют прекрасные взаимоотношения с моей женой: когда мы смеёмся, веселимся, играем с детьми, что-то планируем, вместе куда-то едем. Я чувствую себя счастливым рядом с ней.
Меня может вдохновить книга. Сейчас с удовольствием читаю «Цветы для Элджернона». Могут вдохновить очень качественные фильмы, из недавнего — «Зелёная книга» и «Ла-Ла Лэнд». После просмотра последнего я испытал чувство воодушевления и желание делать хорошее кино.
Меня вдохновляют разговоры с Никитой Сергеевичем и Леонидом Эмильевичем. Мы часто беседуем о том, как видим кино, и это содержательные разговоры. Получается, моё вдохновение — это искусство, люди и семья.
