Следствие определилось с основной версией катастрофы самолета «Аэрофлота» в аэропорту Шереметьево 5 мая. Предпосылкой случившегося стало попадание молнии в самолет, но к жесткой посадке с возгоранием привели действия экипажа. По мнению экспертов, это следствие системных проблем российской гражданской авиации.

Напомним, 5 мая в московском аэропорту Шереметьево при заходе на посадку потерпел крушение принадлежащий «Аэрофлоту» лайнер SSJ 100. Он выполнял рейс из Москвы в Мурманск, но был вынужден сразу после взлета вернуться в аэропорт вылета.

По словам пилота Дениса Евдокимова, у лайнера отказала электроника после удара молнии. Посадка получилась жесткой, при ударе о полосу загорелось топливо лайнера — это вызвало пожар. Жертвами трагедии стал 41 человек из 78 находившихся на борту. Среди погибших — 22-летний бортпроводник Максим Моисеев, помогавший пассажирам эвакуироваться из горящего самолета.

Аварийная ситуация развивалась так: удар молнии, отказ радиосвязи и автоматики, заход на аварийную посадку в Шереметьево на ручном управлении, грубая посадка с отскоком от полосы, разрушение шасси и топливных баков с последующим возгоранием.

Пассажиры, находившиеся в задних рядах, не имели шансов на спасение: они получили серьезные травмы во время «прыжков» лайнера по полосе и выбраться из салона горящего самолета не могли.

За время эксплуатации Superjet в них 13 раз попадали молнии без больших последствий. Почему сейчас произошел такой серьезный отказ, непонятно.

Первая пожарная машина была рядом с лайнером через минуту после посадки, но аварийные службы могли сработать быстрее. Возможная причина задержки — то, что диспетчеры вызвали пожарную команду аэропорта только во время движения горящего самолета по полосе.

Как сообщал «Югополис», бывшие пилоты рассказали о возможных причинах трагедии и правильности действий пилотов SSJ 100.

Авиаэксперты, опрошенные «Коммерсантом», назвали возможные ошибки пилотов: экипаж решил лететь через грозовой фронт; командир воздушного судна поторопился идти на аварийную посадку. Ситуация в воздухе была сложной, но не критической: самолет сохранял управляемость и мог выработать топливо за несколько часов полета; при заходе на посадку в ручном режиме с превышением массы пилот превысил горизонтальную и вертикальную скорость снижения, что привело к отскоку самолета от полосы; стойки шасси выдержали первый отскок, но сломались на втором касании из-за того, что пилоты пытались прижать нос самолета к земле, а не стабилизировать машину в посадочном положении.

По мнению специалистов, члены экипажа продемонстрировали крайне слабую пилотажную подготовку, не сумев сначала правильно зайти на посадку в ручном режиме, а затем еще и усугубив ситуацию с начавшимися отскоками.

Как пишет The Bell, катастрофа обнажила системные проблемы российской гражданской авиации — низкий уровень безопасности полетов и подготовки летного состава.

По безопасности полетов Россия отстала от стран Африки. По статистике IATA за 2018 год, число тяжелых летных происшествий в странах СНГ для реактивных лайнеров на 1 млн полетов составило 1,19 — самый высокий показатель в мире.

С 2010 года в России произошло 12 катастроф регулярных и чартерных пассажирских самолетов, из них лишь две были полностью обусловлены техническими причинами. Причиной остальных катастроф был человеческий фактор.

Система подготовки пилотов в России развалена, указывал в прошлом году президент «дочки» «Аэрофлота», авиакомпании «Победа» Андрей Калмыков. Авиакомпании «Россия» и «Победа» запрашивали квоту на наем иностранных летчиков.

«Аэрофлот» жаловался, что самые квалифицированные пилоты уходят в азиатские компании, где зарплаты вдвое выше. Шереметьевский профсоюз летного состава писал, что причина — в необоснованном занижении зарплат компанией.

Как сообщал «Югополис», после трагедии в Шереметьеве в России требуют отказаться от использования SSJ-100. Член комиссии при президенте России по вопросам развития авиации Юрий Сытник называет эти самолеты негодными к эксплуатации. «Откройте глаза и прекратите покупать билеты на Superjet… За свои деньги люди купили себе смерть!» — заявил Сытник, напомнив, что неоднократно называл эти воздушные суда негодными к эксплуатации.

В Росавиации считают, что говорить о возможном запрете полетов «Суперджетов» после случившегося в аэропорту Шереметьево преждевременно.

После катастрофы в Шереметьеве возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 263 УК РФ (нарушение правил безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц).