Десять минут назад я
досмотрела «Стива Джобса» — фильм Дэнни
Бойла, в котором глава Apple,
перед тем как представить миру в 1998 году
iMac, неожиданно спрашивает
дочку, а не хочет ли она взамен своего
страшненького кассетника поместить в
карман полторы тысячи песен. «Я создам
такое устройство».
Дочка
восхищенно и недоверчиво смотрит на
гениального папу. Который, предсказывая
влияние интернета на жизнь людей,
говорил, что это будет тектонический
сдвиг. Не зря же фильм начинается с
кадров хроники — интервью с Артуром
Кларком, создавшим вместе со Стэнли
Кубриком сценарий «Космической одиссеи
2001 года». «Благодаря компьютеру люди
не будут привязаны к городам, — говорил
Кларк, — смогут жить где угодно, хоть
на море, хоть в деревне».
Это
правда, всё сбылось: сегодня мы можем
носить с собой в кармане полторы тысячи
песен и жить хоть на море, хоть в деревне.
Pokémon
GO, новая игра со старыми персонажами,
за неделю захватила мир: она официально
доступна в США, Австралии и Новой
Зеландии, а скоро, как обещают, появится
в Европе и России.
Так
что образ жизни современного человека
станет разнообразнее: утром — фейсбук
и твиттер, днем — просмотр и обсуждение
пятого тизера шестого трейлера седьмого
сезона «Игры престолов», а вечером,
наконец, можно будет пойти подышать
свежим воздухом в процессе ловли
покемонов.
На
смену традиционным свиданиям «ужин —
кино — секс» приходит формат будущего
«ловля покемонов — ловля покемонов —
ловля покемонов». Ваш парень, наконец,
забывает про свой ноутбук с видеоиграми:
теперь он играет в видеоигры, бегая по
улицам. Вы забываете, как выглядел ваш
парень: пора искать себе нового среди
небольшого процента нормальных людей.
К нормальности вы теперь предъявляете
не такие высокие требования. Если раньше
это были приятная внешность, умение
смешно шутить и готовность прийти на
помощь в трудные времена, то теперь в
списке всего один пункт — чтобы парень
не носился по улицам со смартфоном в
поисках покемонов. Лучше пусть сидит в
бочке. Пусть храпит. Пусть в кофейне это
он покупает себе имбирно-пряничный
латте с марш, мать его, меллоу, когда вы
берете американо. Пусть ему лучше
известно расположение Вестероса, чем
ближайшего супермаркета. Пусть он ест
макароны с хлебом. Пусть он ест.
Тем
более что у нас их искать будет легче:
в рядах полицейского оцепления на
воображаемых акциях протеста, в самой
ментовке, в настоящей, увы, Госдуме, в
Кремле сплошные мутировавшие покемоны,
лови — не хочу.
На
самом деле я вовсе не против технического
прогресса. Говорить «а в наше время не
было интернета, и дети больше читали
книг» — лицемерие. Не было — нам же было
хуже. Читали больше книг? — Нет, не
читали. И тогда читали не многие, и
теперь. Интернет — великое достижение,
манна небесная, тектонический сдвиг.
Влияние черных монолитов, как у Кларка
и Кубрика. Развитие цивилизации бесконечно
и вместе с тем конечно: мы наблюдаем
сейчас пример того, как технический
прогресс, совершаемый мозгом и руками
гениев, возвращает остальные 90 процентов
людей к тому, с чего начинали.
Под звуки
симфонической поэмы Рихарда Штрауса
«Так говорил Заратустра» кучка
австралопитеков носится по кладбищу в
поисках покемонов, чтобы годы спустя
безуспешно бежать от него прочь в поисках
утраченного времени.