Борьба за мужчин
— Вообще-то, это пятое крупное изменение за 12 лет существования компании. Но первые три происходили в течение короткого периода, когда НТК не по своей воле меняло сетевых партнеров – ТВС, ДТВ, СТС. У каждого из этих каналов своя аудитория, поэтому такая чехарда не давала сформироваться собственной. Поэтому, конечно, решение о переходе на собственное программирование было правильным.
Именно тогда, 4 года назад, произошло новое рождение НТК как регионального бренда. Люди поняли, что это канал, а не региональная вставка на федеральной кнопке. Так что для НТК как для канала нынешний ребрендинг – первый.
— Задача любого СМИ — найти свою целевую аудиторию и для нее работать. Когда создавалось НТК, потенциальной аудиторией канала признали всех жителей Кубани.
Это серьезная тактическая ошибка. Я не знаю ни одного телеканала, который определял бы своих зрителей по географическому признаку. Такого не бывает. Люди не смотрят канал только из чувства патриотизма: они местные, я местный — буду смотреть. Нет, люди выбирают то, что им интересно.
Аудитория сегодня четко разделена на сегменты. Именно поэтому мы сознательно решили ориентироваться на аудиторию возрастом 29–54 года. Преимущественно на мужчин. Это, прямо скажем, непростая аудитория — люди с активной жизненной позицией, способные думать, анализировать, принимать решения. То есть это плотный средний класс, который чего-то добивается в жизни. Но мы сознательно пошли в этом направлении.
— Нет. За мужскую аудиторию сегодня тоже идет серьезная битва. Мы не боимся конкуренции с другими каналами, но есть определенная целесообразность, которую необходимо осознавать.
Бороться с Первым и Вторым каналами за их аудиторию нам нет никакой необходимости. Да это и совершенно бесполезно. Развлекательным контентом бороться за молодежную аудиторию с СТС и ТНТ – практически бесполезно…
— Вы имеете в виду «Дедушку моей мечты?» Я считаю, что этот сериал вполне попадает в нашу аудиторию в рамках «для семейного просмотра». Это часть нашей концепции: до шести часов мы больше деловое телевидение, после шести — семейное. В первой части у нас будет наиболее сильна информационная направленность.
Будет десять новостных выпусков — программа «Факты», — которые утром будут выходить каждые полчаса, а после 11.30 — каждые два часа. Это рассчитано на делового человека, чтобы он мог в любое время включить телевизор и узнать свежие новости. Плюс детективная линейка, рассчитанная на эту аудиторию, и качественная документалистика. Тут у нас и контракт с «Дискавери», и документалистика из «Библиотеки Первого канала», которая нигде прежде не транслировалась. Мы будем первыми, кто даст ее в эфир.
Но мы понимаем, что не можем быть круглосуточно информационными, как «Вести–24», все-таки мы региональное телевидение, у нас другая плотность событий в крае. Поэтому мы не забываем о семейном телевещании: после шести вечера все будет нацелено на то, чтобы человек отдохнул дома.
Нами подобрана неплохая линейка фильмов — и отечественных, и зарубежных. Мы заключили договоры с иностранными студиями, в том числе и с «Диснеем», — все это призвано обеспечить развлекательную составляющую.
— Мы играем «на поляне» НТВ, Рен ТВ, Семерки и Пятого канала. Поверьте, мы понимаем всю сложность конкуренции с этими каналами, но намерены бороться за свою аудиторию и использовать в этом свои преимущества.
— Мы местный канал, а, значит, можем и должны опережать федералов в местных новостях. Недопустимо, чтобы центральный канал показывал какую-то местную новость раньше. Это, я считаю, просто непрофессионализм. Первыми должны быть мы. Спрашивать подробности должны у нас.
— Автор идеи – вся команда. Мы краевое телевидение, и, в конце концов, возник вопрос: стоит ли содержать канал, который имеет такую мизерную долю аудитории?
— Среднесуточная доля – это средняя температура по больнице. Можно иметь суточную долю в полтора процента, при этом на стратегических позициях доля может быть в разы выше. Собственно на НТК так и происходит. За последние полгода удалось серьезно поднять «Факты»: у них доля выросла в 4 раза, выпуски с долей больше 10% уже не редкость, а это очень хороший показатель.
Среднесуточная доля – это средняя температура по больнице. Можно иметь суточную долю в полтора процента, при этом на стратегических позициях доля может быть в разы выше»
Другое дело, что все остальное: фильмы, сериалы, документалистику — зритель пока воспринимает слабо. Именно поэтому нужен ребрендинг, должны быть не только технические изменения на канале, но к этому еще надо и внимание привлечь.
— Для регионального телеканала нормальная доля — около 4% за сутки, при 10-12% на хитовых позициях, которыми обычно и являются новости. При хорошем техническом проникновении этого достаточно, чтобы решать любые коммерческие и общественные задачи.
— Дайте время. Телесмотрение – очень инерционный процесс, зрительские предпочтения меняются медленно. Пока что я не вижу причин, которые не позволяли бы достичь заявленных целей. А насчет отставки – тут решать учредителю.
Остаются все
— Не скрою, были амбиции сделать канал только собственными силами. Но в итоге без Москвы не обошлось. Впрочем, столичных специалистов мы приглашали лишь по тем направлениям, которые у нас совсем не развиты. Там, где нужно было качественно улучшиться и для этого требовался взгляд со стороны.
Например, мы работали со стилем ведущих, приглашая московских стилистов, привлекали москвичей к перестройке редакторской работы. Но в основном обходились своими силами.
Разработка контента – заслуга сотрудников канала, причем, мы подтянули ребят, которые по разным причинам раньше уходили из компании. То, что они вернулись, так или иначе подключились к процессу, — для меня показатель правильности наших действий. Фирменный стиль, оформление канала – это тоже работа краснодарцев, агентства «Рупорт».
Правы мы были или нет, покажет время, но мы не стали работать с Москвой – и это тоже проявление наших амбиций. Потому что существующее мнение, что Кубань — вечная провинция, в которой никогда ничего невозможно сделать, раздражает.
— Ничего опровергать мы не будем. Просто хотим создать качественный продукт. Продемонстрировать, что нормальные журналисты, нормальные головы есть везде, и они могут решать самые сложные задачи, если есть ресурсы и понимание. Да и вообще – сколько можно говорить о провинции, если вся Москва стоит на «варягах»? Сколько туда уехало наших ребят! За них, конечно, радостно, но ведь и жалко…
— Остаются все. Всех зрители увидят, никого не потеряем.
Реалии и амбиции
— Мы планируем создание возможности просмотра наших программ онлайн, обдумываем варианты запуска информационного портала, но здесь, как это ни парадоксально, конкуренция еще более жесткая, чем среди телеканалов. Сегодня на краевом рынке уже есть достаточно сильные информационные порталы – это в качестве комплимента, – с которыми придется бороться. Но пока задачи бороться с ними нет. Есть задача создать собственное информагентство, которое постоянно подпитывало бы компанию новостями, — ведь чтобы насытить десять новостных выпусков ежедневно, нужно отслеживать достаточно большой поток информации. А бороться за интернет-аудиторию мы пока не готовы, и такой задачи перед собой не ставим.
— Это очень острая проблема. Мы ощущаем потребность в ток-шоу на социальные темы. Но создавать их так, как раньше, когда программа запускается, а потом затухает, мы точно не будем. Ток-шоу — очень сложный и дорогой продукт. Дорогой не только в создании студии – это полбеды.
Беда в наполнении, которое постоянно требует острых проблем и, как минимум, двух равнозначных медийных фигур, способных видеть проблему с разных сторон. Без такого противостояния шоу не получится.
У нас есть желание делать ток-шоу, но пока мы не имеем для этого достаточных ресурсов и возможностей. Тем не менее, обсуждение реальных проблем людей очень важно для привлечения зрителя. Поэтому запуск социального ток-шоу стоит у нас в планах на следующий год.
— Во-первых, криминал мы выносим в отдельную программу – «Что случилось?» Во-вторых, создаем свое информагентство и преследуем цель агрегировать такой информационный поток, из которого можно выбрать безусловные новости. А не, как вы справедливо говорите, пять протокольных съемок и два «криминала».
— Пока, как и прежде, — новости и программы. Художественную продукцию сериального типа – нет. У нас существуют амбициозные планы на будущее, но говорить о них пока рано.
Что касается новостных программ, мы их расширяем. У нас появляются «Факты–Бизнес», «Факты–Культура», «Факты–Спорт». Ежедневная передача «Факты–Мнение», где будут участвовать значимые персоны края.
Мы намерены производить программу «Что случилось?» Она будет не просто сборником криминальных происшествий, но и советчиком — как не стать жертвой. Мы пошли на производство футбольного ток-шоу «Трое в гетрах, не считая собаки». Это будет аналитически-развлекательное шоу о кубанском футболе. Мы считаем, что край с его футбольным потенциалом до такой передачи давно дозрел, фактуры для нее достаточно. Первый выпуск шоу выйдет уже в октябре.
Компания продолжит выпускать «Концертный зал». В основе программы «Такая жизнь» будут журналистские расследования — сложный и очень редкий сегодня жанр. Это проект крайне значимый для канала. Мы понимаем, что кондовая подача материала уже давно всем опостылела. Если мы хотим привлечь зрителя, работать надо иначе.
— К сожалению, права на прямую трансляцию чемпионата принадлежат НТВ+. Мы не можем транслировать матчи. То, что мы вообще показываем игры «Кубани» — результат очень непростых договоренностей с правообладателями, которые обходятся нашей компании недешево. Так что прямых трансляций ждать не стоит. Это огорчает и меня – я болельщик «Кубани». Но что-либо изменить тут наша компания не в силах.
В чем сила, брат?
— Мы краевой канал, и надо понимать, что новая команда сюда не с Луны свалилась. Решение принималось на самом высоком краевом уровне. Когда наша команда сюда заходила, обсуждались все позиции, главная из которых – несмотрибельное телевидение не нужно никому, и в том числе – губернатору.
Просто содержать «игрушку», которая показывает тебя круглосуточно, но которую никто не смотрит — это нонсенс, и все это понимают
Просто содержать «игрушку», которая показывает тебя круглосуточно, но которую никто не смотрит — это нонсенс, и все это понимают. Поэтому ставилась задача: сделать телевидение, которое будут смотреть. А сделать его без определенной степени свободы невозможно. У нас эта свобода есть.
— А неспроста я сказал про программу «Такая жизнь», и недаром упомянул, что мы серьезно поднялись по «Фактам». Это произошло именно потому, что мы внесли определенные изменения в журналистскую работу. И позвольте мне тут личное мнение. Когда говорят, что «нет кубанской журналистики» или что «все лучшие поразъехались», я не соглашаюсь. Все это чушь. Проблема есть, но в другом. В самоцензуре. В том, что журналист в голове редактирует информацию за кого-то. За кого? Зачем?
Вот с этим мы сейчас серьезно боремся. Задача журналиста – делать новость. Других задач у него нет и быть не может. Снятие этого внутреннего барьера очень важно и, мне кажется, мы серьезно продвинулись в этом вопросе. Не скажу, что все мы вдруг – ррраз – и стали совершенно свободны. Если ты работал в одних рамках, и вдруг тебе говорят: «Ребята, курс тот же, но каждый идет, как пожелает», — возникает недоумение.
Но, повторюсь, мы довольно далеко продвинулись по этому пути к внутренней свободе. И я все больше и больше убеждаюсь в том, что разговоры о непрофессионализме наших журналистов — просто вранье.
— Цифровое телевидение — это новое качество сигнала, лучшая «картинка». Но пока не все телевизоры, не все потребители могут его принимать, и именно это – основной фактор, сдерживающий переход от аналогового телевидения к «цифре».
Если же погружаться в детали, то цифровое телевидение — это другая система передачи сигнала, через спутник. Будет подниматься спутник, который несет на себе «пакет» – восемь федеральных каналов и один региональный (определяется путем конкурса внутри региона). Эти каналы будут подниматься на спутник бесплатно. Остальным каналам придется заплатить. И это – второй пакет.
Вообще бренд «девятка» многозначней. Например, это самая близкая к зрителю, к его большому пальцу кнопка на пульте»
— И это тоже. Безусловно, наша задача — стать тем региональным каналом, что войдет в пакет девятым. Но вообще бренд «девятка» многозначней. Например, это самая близкая к зрителю, к его большому пальцу кнопка на пульте.
О сокровенном
— Ребрендинг с предпродажной подготовкой не связан. Более того, несмотря на то, что в соответствии с законом государственный пакет должен быть продан, предпродажная подготовка еще даже не началась. Цель ребрендинга, как я уже сказал, — стать каналом, который смотрят. Стать востребованным СМИ.
— Это коммерческая тайна. Скажу одно: мы обошлись собственными ресурсами, без каких-либо дополнительных вливаний. Исключительно в рамках текущего финансирования и использования средств, полученных от хозяйственной деятельности.
— Я не эксперт, и могу апеллировать только к экспертной оценке. А ее вы назвали — 150 миллионов. Другой пока не было.
— Очень будет трудно. Мы рассматривали вариант работы без какого-либо государственного заказа. В этом случае канал по-любому претерпит изменения. В каком объеме, я говорить не буду, но могут быть любые варианты. Вплоть до возврата к сетевому партнерству, чего бы не хотелось. Этот вариант я и в страшном сне не рассматриваю.
— Телевидение – вещь вообще очень затратная, и сегодня рентабельно, если не ошибаюсь, только ТНТ. Остальные каналы, как любое СМИ, опираются на поддерживающего их хозяина. Если нам когда-то удастся выйти на самоокупаемость, это будет мечта.
Пока наш собственник – государство, оно содержит. Будет другой собственник — будут выстраиваться отношения с ним»
Но мне кажется, что даже в случае приватизации тот, кто приобретет канал, должен будет понимать, что телевидение — это затраты. Пока наш собственник – государство, оно содержит. Будет другой собственник — будут выстраиваться отношения с ним. Но он в любом случае должен будет понимать, что приобретает, если приобретает.
— Для меня телевидение – не «зомбоящик». Хочешь быть зомбированным – ты таким будешь. Способен анализировать, не ленишься думать — ничто не сможет повлиять на тебя и твои решения. Я привык работать с умными людьми. С теми, кто имеет собственную позицию. И никого из них не могу представить зомбированными.
Конечно, на кого-то телевизор воздействует, как «зомбоящик». Ну что же – читайте больше книг. Думайте.