Основатель проектно-изыскательной компании рассказал ЮП о том, как снять половину вопросов заказчика, кого считать «папа-мамами» объектов, что делать для решения невозможных задач и реализации амбициозных и масштабных замыслов клиентов

Александр Сусла — единственный участник и идейный вдохновитель ООО «Юг-Проект Изыскания». Родился 29.12.1985 года. Окончил в 2008 году ФГОУ ВПО «Кубанский государственный аграрный университет» поспециальности «Инженерные системы сельскохозяйственного водоснабжения, обводнения и водоотведения». Также имеет высшее юридическое образование. В настоящий момент проходит обучение в аспирантуре ФГБОУ ВО «Кубанский государственный технологический университет» по научной специальности «Землеустройство, кадастр и мониторинг земель». Начинал карьеру преподавателем, затем работал в НИПИИ «ИнжГео» в должности инженера, где быстро стал главным инженером проекта, а с 2017 года работал уже в качестве генерального директора ООО. Основал ООО «Юг-Проект Изыскания» в 2017 году. Является счастливым мужем и отцом троих сыновей.

В теории кажется, что проектирование — это база в строительстве, и по-другому нельзя. А как дело обстоит на практике?

В большинстве случаев именно так и происходит. Но до сих пор встречаются предприниматели, которые считают, что проект — это деньги на ветер, формальность, которую нужно соблюсти из-за того, что государство создало такую нормативную базу. А вот когда мы приступаем к проектированию, уже на середине этапа заказчик начинает понимать: «Как здорово, что мы делаем проект, вы мне показали критически важные моменты, которые могли возникнуть при строительстве».

Проект дает точное понимание, сколько будет стоить сооружение, и сколько оно будет строиться. Часто мы открываем глаза заказчику. Например, подрядчик ему говорит: «Мы зальем 100 кубов бетона за 3 месяца». А на самом деле объекту нужно 70 кубов бетона, и заливка занимает максимум 1,5 месяца.

Какие характерные ошибки выявляются и исправляются на этапе проектирования?

Можно даже выделить топ-3 таких ошибок. Первые выявляются на этапе инженерного изыскания, когда заказчик узнает реальные параметры своего участка. Например, он уверен, что у него отличная земля, а изыскание показывает сыпучий грунт, и сваи в нем нужно не на метр углублять, а на десять.

Второй тип ошибок проявляется на этапе составления сметы, когда заказчик удивляется ценам. Мы объясняем, что делаем расчеты по нормативной базе. Кстати, здесь нужно отметить, что стоимость проектных работ тоже берется не с потолка, а регламентируется государством. Есть так называемые сборники базовых цен на каждый вид работ по проектированию. Соответственно, все расчеты — это не прихоть и не «видение» проектировщика, а нормативы.

Ну, и третье заблуждение заказчиков в том, что проектные компании — сплошь фирмы-однодневки. Когда клиент приходит к нам в офис, и мы показываем 40 сотрудников в штате, лицензии, оборудование — это производит очень хорошее впечатление и меняет отношение человека. Процентов сорок вопросов у него сразу снимается.

Здесь как раз уместно познакомиться с командой: кто у вас трудится?

Наши специалисты имеют большой опыт работы в государственной экспертизе и аттестованы в порядке, определенном Минстроем России. Это ребята разных специальностей — электрики слаботочных сетей, систем оповещения, видеонаблюдения, пожарной безопасности, электрики, которые делают силовое оборудование, проектировщики водоснабжения и водоотведения. Технологи, конструкторы, архитекторы, причем архитекторы двух направлений: концептуальщики и нормативщики. В компании работают четыре ГИПа (ГИП — главный инженер проекта). Я их называю «папа-мамами проекта». Еще в штате есть генпланисты, специалисты по ландшафтному дизайну, сметчики. Вне штата, но на постоянной основе с нами работают биологи, экологи, гидрометеорологи, гидрологи.

Если посмотреть портфолио проектов «Юг-ПИ», то заметны три направления работы: спортивные объекты, промышленные и направление экотуризма. Это ваш принципиальный выбор ниш?

Так сложилось по мере поступления обращений и заказов, и мы в этих направлениях закрепились. У нас действительно много спортивных объектов. Сначала делали их в Москве, а затем благодаря комплексному развитию программ по спорту в Краснодарском крае, начали получать такие заказы и здесь. В первое время это были малобюджетные проекты (борцовские и гимнастические залы), но их было много, и мы брали и делали, делали, делали. Постепенно доросли до масштабных заказов. Например, сейчас по поручению губернатора разрабатываем проект теннисной академии имени олимпийской чемпионки Елены Весниной. Академия будет крупнейшей в Европе, с функционалом и оборудованием по последнему слову техники, с применением уникальных технологий в плане вентиляции, теневых навесов. Согласно дорожной карте проекта, 1 июня уже должны заложить первый камень на строительство.

Что касается промышленного направления, здесь тоже есть знаковые объекты. Для компании «Южные земли» мы делали хранилище на 15 тысяч тонн яблок. Для самого крупного поставщика и экспортера зерна в России выполняли заказ на проект погрузочно-разгрузочнойплощадки и терминал для автомобилей-зерновозов. Сейчас работаем с компанией «Мистер Фуд», одним из крупнейших производителей готовой замороженной продукции. Разрабатываем для них амбициозный проект масштабного пищевого производства на 70 тысяч квадратных метров.

В нише экотуризма в последние два года к нам поступает много заявок на проектирование экодеревень и экологических баз отдыха. Люди покупают территории, делают реакреации, восстанавливают лесопарковые зоны. Сейчас мы проектируем базу в Крымском районе у Голубого озера. Там будут экоферма, ипподром, контактный зоопарк, свое производство сыра, молока, мяса — большой интересный комплекс.

То есть в настоящее время вы занимаетесь только масштабными и дорогими проектами?

Я бы не стал утверждать, что «только» такими. Нам не чужды благотворительность и меценатство. Мы плотно работали по коммунальному хозяйству и благоустройству города, безвозмездно делали множество небольших объектов. На постоянной основе помогаем Фонду социальной помощи многодетным семьям. Целый год прорабатывали концепцию Сафари-парка и подарили ее городу. Сейчас сотрудничаем с Министерством культуры и Союзом художников России и проектируем дом-музей и школу художников в Анапе. В конце апреля хотим уже согласовать проект с заказчиком. Насколько мне известно, идею дома-музея поддерживает Никита Михалков. Мы делаем проект также совершенно бесплатно.

У меня трое детей, и к своей компании я отношусь, как к четвертому ребенку

После того, как в «Юг-ПИ» поступил заказ, что происходит дальше? Погрузите нас немного в рабочий процесс.

После подписания контракта назначается ГИП, который полностью отвечает за объект. ГИП делает состав проекта, изучает объект. На объект заходят изыскатели, делается топографическая съемка. С ней работают генпланист и архитектор.

Затем мы начинаем предварительную «посадку» будущего сооружения. С этой посадкой ГИП выезжает на место, смотрит, как она ведет себя по факту на земле. Если инженера все устраивает, то геологам выдается задание на бурение. Генпланисты и архитекторы делают окончательную посадку здания на местности. Геологические пробы отправляются в лабораторию. Архитектор назначает планировку. Параллельно архитектурная часть планировки согласовывается с заказчиком. Конструктор начинает просчитывать то, что он может просчитать до получения проб, которые придут из лаборатории через 25 дней. То есть огромнейшая работа происходит в первые два месяца.

Когда архитектор отработал свою часть, он выдает задание технологу, и тот начинает расставлять оборудование, мебель — вдыхает жизнь в объект. И после этого конструктор, архитектор и технолог работают в связке. На данном этапе все остальные задания получают сетевые службы (водоснабжение, электроснабжение, вентиляция, пожарная безопасность, экология и т.д.).

Каждый специалист готовит полноценный том, книгу своей части проекта. ГИП все это собирает, оцифровывает, вносит изменения, подгоняет под стандарты. Книгу загружаем на экспертизу, получаем одобрение и начинается стройка. Вот так в целом выглядит процесс проектной работы.

Вам приходится подключаться на каких-то этапах работы?

Я в курсе каждого проекта. У нас планерки проходят в начале и в конце каждой недели, поэтому мы все знаем о задачах, прогрессе и динамике по всем объектам. Конечно, я не отвечаю за специалистов, на это есть ГИПы, но я погружен в операционную деятельность. У меня трое детей, и к своей компании я отношусь, как к четвертому ребенку.

Для меня архиважно, что думают о «Юг-ПИ» заказчики. В нашей истории есть и подъемы, и падения, мы не идеальные ребята. Тем не менее, это не мешает нам с каждым годом становиться лучше. Мне все это интересно, я люблю то, что делаю.

Про вас говорят, что вы делаете то, что другие считают невозможным. Например, история с Абрау-Дюрсо. Расскажите, пожалуйста, что там случилось.

Знаете, та история действительно показательна. В 2014 году к нам обратился застройщик, который запроектировал коттеджный поселок в таком месте на берегу озера Абрау, которое называют рыбьим хвостом. Ему нужна была инженерная защита вокруг этого поселка, так как во время паводков его сильно подмывает. На нас они вышли чисто случайно, и сами говорили, что уже не верят в решение. Озеро является памятником природы краевого значения. Сбрасывать воду ни в каком виде оттуда нельзя. Они обращались в три института с огромными штатами проектировщиков, но им отказали с вердиктом «невозможно».

А мы взялись за эту задачу. Мы не знали, получится или нет, но попробовать в любом случае решили. Я сам занимался вопросом. Написали письмо, обращение: просим разрешить сброс воды по причине того, что она топит поселок. Само собой, получили отказ. Написали второе письмо: просим назначить на встречу, принесем материалы и проектные решения, поясним, почему мы считаем, что сброс возможен. Встречу назначили. Мы все разложили по полочкам, с обоснованием на законном уровне. Предложили свою схему сброса воды по внешнему контуру границ поселка.

В итоге Минприроды после относительно недолгих дебатов выдает письмо, что не возражает сбрасывать воду именно по нашей схеме. Я помню реакцию заказчика, да и сами мы были счастливы. Хотя, если так разобраться, то ничего сверхъестественного мы не сделали. Просто не поленились и пошли на контакт с Минприроды, а главное — сделали свою проектную работу так, как и должны были сделать.


Интервью: Светлана Морозова

Фото: Роман Благов


Реклама. ООО "Юг-Проект Изыскания"

ERID: 2SDnjcG53QM

Первая полоса

Бизнес

От ключа до тапочек

Изменения условий господдержки, колебания ключевой ставки и, наконец, просто желание клиента, которое, как известно – закон. Всё это меняет рынок недвижимости на юге страны. Нельзя сказать, что изменения последнего времени кардинальны, но, как говорится, есть нюансы. В этих нюансах и новых тенденциях «Югополис» попытался разобраться вместе с Михаилом Китаниным, руководителем краснодарской компании «ДВЕРИУМ.РУС».
Ситуация

Экологичность и связь времен стали современным трендом застройки в Краснодаре

Тренд на экологичность жилья давно обсуждается экспертами по недвижимости – умные технологии, эко-материалы, вертикальное озеленение и прочие новшества, многие девелоперы давно используют их в своих проектах. Однако краснодарцы сегодня рассматривают эко-характеристики домов как допопцию, нежели как неотъемлемый и обязательный показатель. Такими наблюдениями поделилась с «Югополисом» Евгения Стяжкина, руководитель дирекции разработки продуктовой стратегии федерального девелопера DOGMA.
Бизнес

Денис Кузенков, Корпорация развития Краснодарского края: транспорт становится эффективным инструментом политики

Генеральный директор Корпорации рассказал ЮП, как самая мобильная по своей природе отрасль ведет к стабилизации экономических и социальных аспектов жизни.
Ситуация Weekend

На Кубани отгремел фестиваль "Лестница в небо"

В Краснодарском крае прошел двухдневный фестиваль "Лестница в небо". Сотни поклонников рок-музыки собрались в станице Пластуновской. Для зрителей выступили ЙОРШ, Radio Tapok, Чиж&Co, Северный Флот, Joe Lynn Turner, КИПЕЛОВ и другие исполнители.