Kendrick Lamar
Untitled unmastered


В 2016-м, как и в 2015-м, Кендрик Ламар везде — в суперхитах Beyonce, Weekend и Maroon 5, более андерграундных записях A Tribe Called Quest и Really Doe, на кроссовках Reebok и даже в твиттере Барака Обамы. Как видно из названия, «Untitled unmastered» — альбом ситуативный, собранный из набросков, которые были записаны в разное время. И альбом блестящий.





Yussef Kamaal
Black Focus


Yussef Kamaal — это перкуссионист Юзеф Дис и клавишник Камал Ульямс. Их джазовые импровизации проникнуты клубным фанком 70-х, спонтанностью и непринужденностью. Здесь сложно отличить один трек от другого, нет и намека на заглавные композиции, а многочисленные репризы способны увести в транс: это пластинка настроения, а не хитов.

«Black Focus» не давит авторитарностью — он позволяет и даже предполагает фон, окружение, аперитив, разговор, ситуацию — в общем, безупречная атмосферная вещь.





Olafur Arnalds
Island Songs


Олафур сделал то, что, по мнению большинства поклонников композитора, удается ему лучше всего. Простые, но трогательные композиции на скрипке и фортепиано, запомнившиеся еще со времен сериала «Бродчерч».

Как видно из названия, пластинка наполнена мелодиями и мотивами, которые в соавторстве с местными артистами музыкант записал во время двухмесячного путешествия по Ирландии. Смотрим видеохронику. Вот преклонных лет мужчина в клетчатой рубашке, сидя на стуле, начитывает что-то с тетради на совсем непонятном наречии, на заднем фоне три скрипки и виолончель, никакой надуманной сказочности или концертности; следом идет запись квинтета, сделанная в выбеленной церквушке, мимо пробегают дети, а над фигурами исполнителей высится изображение Христа; во время моего любимого видео хозяева и гости дома слушают музыку за чаем, Олафур, сидя спиной к зрителям, исполняет фортепианное соло, а за окном играет духовой оркестр… Правда, как и все в этом альбоме, камерный.





Leonard Cohen
You Want It Darker


Тема смерти даже при обсуждении лучших пластинок как-то неотступно следует за нами в 2016 году. В начале года не стало Боуи, а под конец — Джорджа Майкла. На этом фоне кончина 82-летнего Леонарда Коэна не выглядит ни трагедией, ни медийной бомбой. «Я готов умереть», — сказал он в своем последнем интервью для The New Yorker. Смерть Коэна вызывает в памяти уход из жизни крестьянина в начале эйзенштейновской «Земли» — тихий, ожидаемый, безмятежный. Жизнь прожита — в окружении муз, поклонников и мирских благ. Прожита со вкусом, можно сказать, образцово. Осталось закрыть последнюю страницу, окинуть взглядом прожитое, передать дела и сделать это в высшей степени элегантно.

Вся музыкальная аранжировка альбома на совести сына артиста — Адама Коэна. Размеренные гитары, орган, меланхоличное фортепиано, задушевные скрипки и немного госпел-хора — применительно к «You Want It Darker» эпитет «старомодно» должен восприниматься исключительно положительно.





Solange
A Seat at the Table


На диске младшей сестры  Бейонсе есть и политические высказывания, и рефлексии по поводу одиночества, но ничто из этого не должно заслонять главного — выверенной, по-хорошему коммерческой r’n’b-пластинки с крепкой работой продюсера Рафаэля Саадика и армией приглашенных вокалистов: Лил Уэйн, Келли Роуленд, Sampha, The-Dream и другими.

Несмотря на конфликтные темы, альбом звучит вполне позитивно, а певица тщательно следит за тем, чтобы жизнеутверждающий настрой не перешел в банальную глупость.





Radiohead
A Moon Shaped Pool


Девятый студийный альбом Radiohead похож скорее на сборник бисайдов времен OK Computer, чем на полноценную новую работу. Это не должно удивлять, так как центральное место на пластинке занимают песни, написанные много лет назад: «True Love Waits», например, известна с 1995 года, «Burn the Witch» — с 2000-го. Но старое — не значит плохое: это мощная работа, наполненная мрачными монументальными мелодиями.

После экспериментов с использованием большого количества семплов и лупов на предыдущем диске — The King of Limbs — здесь победно звучат живые инструменты; помимо этого он содержит оркестровые аранжировки и хоровой вокал, организованный Джонни Гринвудом и исполненный оркестром «London Contemporary Orchestra».





Underworld
Barbara Barbara, We Face a Shining Future


«Выбери жизнь, выбери Facebook, Twitter, Instagram в надежде, что кому-нибудь будет не все равно, выбери заезженную пластинку, выбери будущее, выбери реалити-шоу, слатшейминг, порноместь, выбери почасовую работу и два часа езды до нее, выбери то же для своих детей…» В 2016 году вышел трейлер к сиквелу фильма Дэнни Бойла «На игле». Мы видим заметно повзрослевших героев, все еще не желающих становиться частью «нормального» буржуазного мира, и слышим знаменитый монолог героя Юэна Макгрегора под звуки андерворлдовского «Born Slippy» — сумасшедшего и неотесанного трека, выбитого за пять лет живых перформансов из гранитного «Nuxx» и ставшего своеобразным гимном не только для британской картины, но и для всей эпохи рейвов из 90-х.

По замыслу и фильм Бойла, и пластинка Underworld — это такая встреча мушкетеров 20 лет спустя. Карл Хайд и Рик Смит вознамерились записать альбом с чистого листа. Так, будто бы не было тридцатилетней карьеры, клубной сцены, славы и статуса далеко за 50. И в каком-то смысле замысел удался: в мире пластикового EDM и монотонного румынского техно альбом «Barbara Barbara, We Face a Shining Future» действительно бесконечно далек от современной электронной моды: каждый трек — самостоятельная композиция, а не сырье для диджейских манипуляций.

Под эту музыку можно танцевать, не напрягаясь и не чувствуя себя идиотом. Улыбаясь и находя многочисленные цитаты из бритпопа. Но дважды в одну реку не войдешь, и намерения артистов стоит воспринимать как художественный метод, а не музыкальную данность. Здесь почти нет ничего дионисийского, нет случайных открытий и опьянения молодостью тоже нет, есть еще один достойный альбом Underworld.





PJ Harvey
The Hope Six Demolition Project


Пластинка на грани документалистики, публицистики и перформанса. Альбом записан как отчет о путешествии по Косово, Афганистану и американскому гетто и переполнен социальными высказываниями. Над звучанием особо не заморачивались: запись делали на глазах у публики во время сессии в лондонской галерее Somerset House. Где-то «гаражность» усугубляют искусственно, как, например в одном из заглавных хитов «Community of Hope» — музыка должна звучать как репортаж, документ, факт, а не студийный глянец. По концепции «The Hope Six Demolition Project» напоминает последнюю работу Moby, только убедительнее.





Jenny Hval
Blood Bitch


«Чистейшая, сильнейшая, кроме того, самая тривиальная и ужасная»: норвежская певица Энню Вал не зря осваивала творческую письменную речь в Мельбурнском университете. Все эти эпитеты относятся к первому слову из названия альбома. Moby, Pj Harvey и даже умница Solange рассуждают о войнах, нищете, конфликтах, а Энню вознамерилась проникнуть глубже, в самое лоно бытия, найдя смелость поделиться физиологически личным, и, что существенно важнее, сделала это изысканно и проникновенно. Нойз, инди, диско, эмбиент, глитч — все эти категории едва ли передают богатство музыкальной палитры пластинки. Альбом способен тронуть даже тех, кому при самом слове «феминизм» тут же становится скучно.



David Bowie
Blackstar


Знал ли Боуи о том, что Blackstar — это финал? Стоит ли музыкальная часть альбома стольких упоминаний или успех пластинки — следствие дальнейшего события? Rolling Stones, Metallica, RCHP в 2016-м тоже вернулись с новыми работами, но о них в совокупности говорят намного меньше, чем о «Blackstar» Боуи. В массовом сознании контекст вытеснил содержание. Лучшее, что можно сделать, — развернуться, стереть толстый слой мистики и насладиться одним из наиболее удачных поп-альбомов года.

Сопродюсер пластинки Тони Висконти утверждает, что решающее влияние на музыканта в период записи «Blackstar» оказали альбом Кендрика Ламара «To Pimp a Butterfly» и (!) классики эмбиента Boards of Canada. Трудно представить этих ребят на одной полке, но Боуи удалось сохранить чуткость к новому и вместо ностальгии по временам «Heroes» и «Space Oddity» испить свежей крови и удивить слушателя ярким неожиданным звучанием, тяготеющим к фри-джазу и арт-року.





Nick Cave & The Bad Seeds
Skeleton Tree


В самом начале работы над альбомом в жизни Кейва случилась трагедия: его сын Артур погиб, сорвавшись со скалы. До этого случая в творчестве Кейва смерть — одна из любимых метафор, смыслообразующая конструкция и эстетическая категория. В «Skeleton Tree» художественное в ней вытеснено личным. Переживания музыканта звучат как приглушенные, мужские, интровертные в том смысле, в котором это слово вообще применимо к эстрадному артисту, — никакой душераздирающей скорби или пафоса отчаяния.

Многим пластинка может показаться чрезвычайно аскетичной, сухой, черствой, но Кейв предупреждает об этом в самом заголовке. Альбом звучит неторопливо, в качестве выразительных средств, помимо гитары и скрипки, слышны эмбиент-пассажи и даже нойз. Кейв не желает удивлять и эпатировать, но в то же время далек от стремления выпустить еще один бестселлер в духе «The Boatman's Call».





Nicolas Jaar
Sirens


Николас остается одной из самых модных и многообещающих фигур на электронной сцене: нью-йоркский артист славится беззаботными танцпольными хитами с легким этническим уклоном и интеллигентным юмором, умением цитировать классиков авангарда вроде Стива Райха и Терри Райли и способностью оформлять это в цельные музыкальные панно. «Sirens» — идеальный альбом № 2, достаточно новаторский и все же сохраняющий преемственность, сосредоточенный, музыкально насыщенный, лишенный случайных треков и попытки понравиться всем. К счастью, недостаточно концептуальный, чтобы быть скучным.


Кавер-иллюстрация: Мария Гришина для «Югополиса»

Читайте также

Люди Ситуация

Итоги 2016 года: словарный запас

Юрий Лоза, нооскоп Вайно, тракторный марш, русиано, бабушка Кабаевой и мельдоний: «Югополис» составил словарь года.
Анжелика Гюрза

Первая полоса

Люди Наука и техника

Остаться в живых

Руководитель Краснодарского бюро Русфонда Светлана Петропавловская рассказала «Югополису», как собирают уникальную базу доноров костного мозга на Кубани.